я могу сочетать несочетаемое
Редкая удача совместить работу и любимое занятие
Камилла  Андреева
Все записи
текст

Субкультурный вопрос: интервью с издателем «ММ»

Когда мы в редакции обсуждали тему субкультуры, то долго спорили и никак не могли прийти к единому мнению, что относится к субкультурам, а что нет. По мнению издателя «ММ» Александра Новикова, все не так уж сложно.
Субкультурный вопрос: интервью с издателем «ММ»

Культурная история человечества. Ученые из Университета Техаса в Далласе поместили на карту 120 тыс. известных деятелей культуры и их перемещения в мире. Синей точкой обозначалось рождение, красной — смерть. На карте видно, что основной культурный пласт приходится на Европу. www.rollingalpha.com

Александр Новиков: Даже не знаю, почему у вас спор возник? Так как по поводу субкультур в Википедии есть вполне адекватная информация. Я, правда, с ней не совсем согласен, но, так или иначе, определение субкультуры, как явления, совершенно четкое. Ну, а без основного понятия «культура» нам действительно не обойтись.

На мой взгляд, именно культура определяет, формирует и контролирует все сферы жизни человека. И состоит она из трех важных частей: знания, опыта и традиций. Носителем культуры является человек. Если мы говорим о культуре общества, то она будет складываться из совокупных культур всех членов этого общества.

Так вот, Знания – это совершенно конкретная информация, уже воспринятая как некая ценность конкретного человека в отношении объекта или явления окружающего его мира. А Опыт – это путь к этим знаниям или умение пользоваться ими.

Человечество растет и формирует свои знания, накапливая и передавая их по наследству. То же самое происходит с опытом и Традициями, которые представляют собой язык общения. Мы общаемся друг с другом благодаря определенным традициям: говорить по-русски, носить европейскую одежду, обедать за столом. Все это вместе и формирует нашу культуру.

Получается, что культура – это богатства, которыми обладает каждый из нас. Нематериальные богатства нашего общества.

Камилла Андреева: Теперь давайте договоримся о понятии «субкультура».

АН: Субкультура – это часть культуры, которая в какой-то момент выходит за ее границы и пытается сформироваться в отдельную маленькую составляющую культуры. Но у нее никогда не получается: она или приживается, вливаясь в существующую культуру, или умирает, если взаимодействие с окружающим миром у нее получилось негативное. Иначе говоря, Субкультура является инструментом взаимодействия существующей сложившейся Культуры с окружающим миром, способствующим развитию этой Культуры.

КА: Можете привести пример?

АН: Ну, например, христианство, которое появилось как маленькая субкультура: часть людей стали жить по новым законам и традициям, которые отличались от общепринятых. Развиваясь, она постепенно расширялась. Познавая мир, она увеличивала свои знания. И в результате слилась со всей остальной культурой человечества настолько плотно, что стала уже не субкультурой, а одной из ее частей.

КА: Вы считаете, что она втянулась в культуру?

АН: Она, может, даже расширила ее.

Каждый день, каждую секунду в Культуре двигаются большие или маленькие процессы. Мы не знаем, что может сформировать нашу Культуру и в какую пойти сторону.

Одним из самых больших явлений последнего времени можно считать появление Интернета, который сейчас является пока еще субкультурой, но уже совершенно четко очертил формирование нашей будущей культуры. Он изменил ее кардинально. Потому что появилось новое направление человеческого существования, новое пространство – виртуальное. С каждым днем оно набирает все больше и больше сил.


Александр Новиков. Фото: Николай Андреев

КА: На ваш взгляд, можно как-то определить основные группы субкультур?

АН: Ну, понимаешь, это скучно. Нет… конечно, можно.

КА: Ну, например, какое-то профессиональное сообщество – это субкультура?

Военные. Врачи.

АН: Вся Культура состоит из разных субкультур, как из пузырьков. Есть миллиарды людей, которые имеют свой объем культуры, и их пересечение представляет собой какую-то огромную пузырчатую массу. Из разных субкультур. Скорее всего, военный – это субкультура, которая принята культурой и является ее составляющей. Если же она вываливается за пределы общего объема, тогда она – как бы отдельно болтающаяся субкультура.

КА: Ну как? Субкультура может быть как принята обществом, так и не принята. Например, криминальная, тюремная… Она же не относится к положительным факторам.

АН: Субкультуры – это не хорошо и не плохо. Это явление, которое формируется само по себе. Там есть свои знания, отличающиеся от других или другими людьми не востребованные. И свой опыт тоже есть. Криминальный, да. У них свои традиции, но они все равно стоят отдельно от основного объема. А поскольку у нас этих людей много и они составляют большую массу, то, скорее всего, они уже все равно влились в Культуру.

Видимо, субкультура, которую подразумевает Интернет, – это то, что все-таки выпадает наружу, вываливается из общего объема Культуры.

КА: Ну, например, феминизм. Это субкультура?

АН: Наверное, субкультура. Но я подозреваю, что все зависит от ее размера и влияния на остальную Культуру.

КА: Сейчас это достаточно большое движение.

АН: А я не знаю, что такое феминизм. Правда. У меня такое чувство, что это какая-то умирающая субкультура. Почти все женщины, которых я знаю, искренне против феминизма. Говорят, что им нужен мужчина, способный обеспечить быт и семью, а они с удовольствием займутся домашним хозяйством.

КА: То есть они не хотят иметь образование? Избирательное право, право работать на руководящих должностях?

АН: Сейчас все есть. Не за что бороться. Это движение было в какой-то момент очень актуальным, а сейчас среди моих знакомых женщин нет ни одной феминистки. На данный момент, мне кажется, это не очень актуально. Мое мнение.


Камилла Андреева. Фото: Николай Андреев

КА: Я поняла, хорошо. А как быть с домашним насилием?

АН: Я считаю, что домашнее насилие как раз и связано с низкой культурой человека. А культура лежит в основе всего. Если люди живут в маленьких поселках, где нет работы, спиваются и деградируют, то здесь поможет не феминизм, а воспитание общества. А Министерство культуры, на мой взгляд, должно изучать, почему спивается население нашей страны. Почему в поселках нет работы и нечем заняться? Почему наш Светогорск и финляндская Иматра, до которой можно дойти пешком из Светогорска, – два разных города? Как небо и земля. Вот это вопрос культуры, понимаешь?

А в основе лежит та же история: уровень знания и опыта людей, традиции, которые эти люди воспринимают.

Человек бросил бумажку – мы говорим, что он бескультурный. Но это очень относительно. Потому что в нашем менталитете это заложено, а в Китае все иначе, там люди плюются на улице, и это нормально. Традиция такая. В Индии грязно, например.

КА: Это тоже культура?

АН: Мощнейшая культура, может быть, даже больше нашей. Просто в их традиции чистота не является ценностью изначально.

КА: Вот поэтому они в таких количествах и вымирают.

АН: Индия растет и развивается. Они не вымирают. Я хочу напомнить, что там больше миллиарда населения. Это одна из самых развивающихся наций в мире с точки зрения науки и разных других вещей. Это мощнейшая нация.

Мы с ними как две небольшие субкультуры: у них своя, а у нас своя. Вот если взять человечество в целом – это человеческая культура. Но она состоит из разных маленьких субкультур, в нашей практике мы называем их «культура». Русская культура, китайская, японская…

Я вот сейчас дочитываю последнюю книгу Акунина, про первую половину XIX века. И есть в ней небольшой фрагмент про 40-е годы и русификацию евреев, когда Николай I хотел увеличить количество русского народа. А евреев было очень много. Так вот, им запрещали все, что касалось их национальных обычаев и традиций, наказывали за сопротивление. Но они остались евреями, и все традиции, и всю свою культуру они сохранили. И ничего с этой инициативой не получилось, хотя прилагалась масса сил. Потому что с настоящей Культурой (а еврейская культура – мощнейшая, может быть, в какой-то степени основополагающая) сделать что-то крайне тяжело. Если только всех уничтожить. На что Гитлер, мне кажется, и рассчитывал.

КА: Ну, вот мы как-то с вами разговаривали про богатство. И определили, что материальные богатства можно измерить, оценить количество материального богатства. А вот по поводу духовного богатства…

АН: Пожалуйста, можно померить. Можно посчитать.

КА: Кто его будет считать? Кто может оценить уровень знания другого?

АН: Очень просто. Наш мир – он ведь не параллельный и перпендикулярный.

Он неровный, он не имеет прямых углов. Ровную линию двадцати сантиметров ты не найдешь, нет ее. А все, что мы ни делаем, – дома, телефоны, – все параллельно, перпендикулярно, ровненько, квадратненько. Тебе не приходило в голову, что какое-то противоречие в этом есть?

КА: Ну, почему? Есть очень симметричные деревья.

АН: Нет, симметрия общая, конечно, существует. Я к тому тебя подвожу, что в естественных науках мы все решили померить и померили. И если что-то не вписывается в эти измерения, то это не наука.

Но природа не имеет таких четких границ, она имеет некий промежуток между «хорошо» или «плохо». Твой организм четко определяет эти значения для тебя. И внутри границ у нас комфортная жизнь.

Например, мы знаем, если нас кто-то любит. Откуда? Чувствуем. Мы померили это своей внутренней «линейкой».

КА: Но почему же тогда мы так часто ошибаемся?

АН: Ошибаются те, кто опыта не имеет. Если ты дашь линейку маленькому ребенку, то ничего он ею не измерит. Не умеет пользоваться. Точно так же и здесь. Чтобы понимать, любят тебя или нет, нужно самому кого-то полюбить. И так во всем.

Поэтому духовные богатства мы можем измерить без линейки – это некий объем, который нам комфортен в нашем существовании. И ты можешь померить любого человека и совершенно правильные циферки расставить, оценивая его.

КА: А может быть, тут как раз можно говорить о фальшивках в богатстве?

АН: Фальшивок не бывает. Потому что богатства сами по себе не бывают поддельные. Они ценятся тобой или не ценятся, это же твое отношение к ним.

КА: Мы не поговорили с вами о молодежных субкультурах. Это тоже отдельный пласт, на который больше всего обращают внимание, говоря о термине «субкультура». Но ведь на самом деле это тоже, я бы сказала, проблема – молодежные субкультуры.

АН: Почему?

КА: Потому что они бывают опасные.

АН: Ну и что? Просто в подростковом возрасте люди еще не отягощены набором знаний и опыта. И в состоянии юношеского максимализма пытаются познать окружающий мир с помощью других традиций, которые противоречат основным, принятым в обществе. Это может быть попытка идти за каким-то лидером, и сейчас полно таких авторитетов.

Это нормальная ситуация, ничего страшного. Мы все пробуем, общество наблюдает и принимает или отвергает новые субкультуры. Ведь даже из этих молодежных субкультур есть такие, которые прижились.

Я был уверен, что никогда ни к каким субкультурам не относился, но, если задуматься, они были. Например, я помню, какую из песен Высоцкого я услышал первой! И я думал на эту тему. Кто такой Высоцкий? Какую роль он сыграл в моей жизни? Это поэт? Музыкант? Это целая субкультура. Тысячи людей в нашей стране на тот момент слушали Высоцкого. Это учитель, это гуру. Человек, который, не занимаясь воспитанием людей, оказал огромное влияние на их жизнь. И хоть сейчас я не слушаю Высоцкого, это ничего не значит.

Вот это была конкретная субкультура, которая вошла в противостояние с основной культурой, принятой на тот момент. Потому что многие песни противоречили общему политическому фону. Но какое я имел отношение к политике? Мне было 10–12 лет, когда я впервые услышал Высоцкого. Я помню, это было на озере, на лодочной станции. Из динамиков неслась его песня про зарядку. В этой песне огромная философия, совершенно не та, которая на тот момент демонстрировалась по телевидению и радио. Что было на тот момент в моей голове? Антагонизм к обществу? Да нет, у меня были обычные родители, я был пионером, потом комсомольцем, как все. Но люди, которые слушали Высоцкого, которые его помнят до сих пор, – это субкультура. И навсегда, пока они живы, эта субкультура жива. И она формирует наше общество.


Иллюстрация: Hope McConnell, www.estherbarfoot.nl

КА: Ну, потом появились современные субкультуры. В подростковый период моей дочери появились эмо. Ваша дочь не попала под их влияние?

АН: Она и не могла попасть.

КА: Почему? Она же ходила в школу.

АН: Ну и что? Она не могла под это попасть. Понимаешь, некоторые пробы субкультур формируются на фоне недостаточного уровня знаний и опыта. И люди в юношеском максимализме все делают наперекор и набивают себе шишки.

Будешь останавливать – они тебе не поверят и будут идти своим путем. Просто на их уровне восприятия мира этого не видно. А у кого-то совсем маленький уровень понимания мира, они хотят выделиться, доказать свою значимость окружающим. Может, они хорошие люди, но в этот момент выглядят по-клоунски. Рано или поздно они вырастут и все равно вольются в общую культуру. Желание оторваться от традиций, принятых обществом, всегда кратковременно.

КА: Получается, что с молодежными субкультурами ваша дочь взаимоотношений не имела.

АН: Не знаю, я не видел. Мне в глаза не бросалось. Она тоже девочка с характером, и дух противоречия у нее присутствует. И мы такие же были. Дух противоречия во мне был бешеный когда-то. Не хватало опыта и знаний, ощущения окружающего мира не было, а желание выделиться присутствовало.

Я же рассказывал уже, что оканчивал Суворовское училище. Так вот, когда мы пацанами приехали туда, нас учили ровнять одеяла по нитке, а когда ложились спать, нужно было ровненько натянуть углы портянок. Куча всяких нюансов: натирание полов, подшивание воротничков. Это был маразм! Дух противоречия говорил: «Зачем? Что это? Кому это надо? Это же глупости, над нами, по сути, издеваются». Но я вырос и сейчас могу сказать, что это была отличная школа. И если бы меня сейчас отправили воспитывать этих пацанов, я бы точно так же заставлял их все это делать, и даже больше. Потому что это формирует характер, дисциплину и многие важные позиции. Потому что характер формируют не слова, а поступки.

КА: Бедные дети!

АН: Ну, во-первых, меня туда никто не берет в воспитатели. А во-вторых, важно то, что, когда ты набираешься определенного жизненного опыта, начинаешь по-другому смотреть на многие вещи.

КА: Тогда давайте подведем итоги нашего разговора. Вы согласны с высказыванием, что вся Культура человечества – это конгломерат субкультур?

АН: Да. Наверное, так и есть. И весь наш разговор был построен на этом – конгломерат или объединение различных субкультур. Больших и маленьких. Хороших и плохих. Ярко выраженных и слегка субкультуризированных. Поэтому мы с тобой не совсем согласны с Википедией – узковато там определены субкультуры.

Общество

Машины и Механизмы
Всего 0 комментариев
Комментарии

Рекомендуем

Актуальное
Петросити
Поэма здоровья
Биосфера
Новиков Александр Иванович, персональный сайт
OK OK OK OK OK OK OK