Цвели ли яблони на Марсе?
Гавриил Тихов, orenlib.ru
«Есть ли жизнь на Марсе?» – вопрос, который уже больше ста лет волнует человечество, от футурологов и обывателей до ученых и военных. И если сегодня, послав к красной планете множество космических аппаратов, спутников и орбитальных станций, мы отвечаем на этот вопрос «нет», то столетие назад – на стыке XIX и XX веков, да и полвека назад, в самом начале космической эры в 1950-е годы – мы отвечали на этот вопрос уверенное «да». Пионером научного подхода к исследованию марсианской флоры и фауны и главным энтузиастом раскрытия «тайн четвертой планеты» был академик Гавриил Адрианович Тихов (1875–1960), придумавший и давший жизнь новой науке – астробиологии.
Разглядывая и изучая тысячи и тысячи фотографий марсианской поверхности, Тихов пытался доказать, что, если на планете Земля есть участки с таким же суровым климатом, как и на Марсе, и при этом в этих местностях существует активная растительная жизнь – значит она может существовать и на следующей от нас планете. Можно сказать, что Тихов первым догадался совместить астрономию и ботанику. Сегодня имя Гавриила Тихова совершенно забыто. Помнят о нем разве что в родных белорусских Смолевичах, где родился будущий «марсианский мечтатель», да в Казахстане, где русский астроном был удостоен звания академика АН Казахской ССР (одним из основателей которой он был) и где в обсерватории под Алма-Атой он работал последние двадцать лет своей жизни. Особо искушенные знатоки русской литературы знают академика Тихова как учителя и научного руководителя Бориса Стругацкого, ведь именно на секторе «астроботаники» при Алма-Атинской обсерватории молодой «звездный астроном» с мехмата ЛГУ в 1951 году проходил практику. Сегодня же если на сайте «киберЛенинки» вбить в поиск «Гавриил Тихов», то выпадет всего несколько ссылок.
Борис Стругацкий, kino-teatr.ru
Если же задать поиск на слово «астробиология», то результатов будет уже немного больше. Ведь несмотря на то, что флора и фауна на Марсе не были найдены, наука, изобретенная Тиховым, дала начало современной экзобиологии – экспериментальной науке, которая изучает возможность существования внеземных форм жизни.
Человек с трубой
Чуть ли не единственным исчерпывающим источником информации о жизни Гавриила Тихова является его собственная автобиография «Шестьдесят лет у телескопа», написанная и сданная в набор в 1953 году, но выпущенная только в 1959 году, за год до смерти академика. Причина – незадолго до конца правления Сталина по мотивам своей книги «Астробиология» (1953), да и по «совокупности заслуг» марсианский мечтатель угодил в идеологическую проработку.
epizodsspace.airbase.ru
Даже несмотря на то, что Тихов не выходил за рамки, очерченные ботанике отрицателем генетики и протеже Сталина и Хрущева «народным академиком» Трофимом Лысенко, и всегда сопровождал свои тексты вдохновленными ссылками на «отца советской биологии» академика Ивана Мичурина (от которого до сегодняшнего дня дожил разве что анекдот про «скажите, как погиб Мичурин? Разбился, упав с ветки арбуза»), его идеи о жизни на Марсе и детализация растительного мира красной планеты казались советским ботаникам «избыточными».
В АН СССР считали, что «вопросами жизни во Вселенной должны заниматься биологи, а не астрономы, которые часто собственные положения и фантазии выдают за действительность». А Гавриил Тихов все-таки в первую очередь был астрономом. К тому же Тихову в любой момент могли припомнить и несколько месяцев ареста по «делу Академии наук» в 1930 году. Хотя кафедру астробиологии, созданную при Академии наук Казахской ССР, все же не закрыли (она будет закрыта только в 1960 году в связи со смертью Гавриила Тихова). Практикант Борис Стругацкий вспоминал: «Вот странная наука! Вся она была построена на одном-единственном факте: полоса поглощения хлорофилла отсутствует в спектре многих земных растений, которые родом из суровых морозных географических зон (голубая канадская ель – пример и образец). На Марсе – дьявольски холодно и малосолнечно… значит?.. Значит, тамошняя растительность утратила способность поглощать хлорофилл. А значит, отсутствие соответствующей полосы в спектре сезонно изменяющихся областей Марса находит вполне естественное объяснение… Астробиология! Уже тогда (в начале 50-х) мне, студенту-первокурснику, напоминало это известный анекдот о беспроволочном телеграфе у древних славян («На раскопках ни разу не было обнаружено никаких следов проволоки, значит у скифов был беспроволочный телеграф»).
Как так получилось, что выдающийся астроном Гавриил Тихов, один из немногих астрономов старой/дореволюционный школы, который дожил до космической эры и увидел первый искусственный спутник Земли (1957), смог создать доказательную науку, которая практически целиком оказалась ложной?
Гавриил Тихов родился 19 апреля 1875 года в Минской губернии. Его отец был начальником железнодорожной станции, мать «была хорошо образована и воспитана, знала французский и польский языки, хорошо играла на рояле». Из-за службы отца семья часто переезжала с места на место. Поэтому в гимназию Гавриил пошел в ныне казахском Павлодаре, а выпускался из гимназии уже в крымском Симферополе. В мемуарах Тихов вспоминает, что в детстве мечтал сначала стать священником, а потом художником. Так как семья не была достаточно обеспеченной, уже с 12 лет Гавриил был вынужден подрабатывать репетиторством, натаскивая учеников младшей школы. Но одним сумеречным вечером на окраине Симферополя на юного Гавриила «сошли небо и звезды». В мемуарах он вспоминает, что «…возвращался домой в сумерки. Как-то, взглянув на небо, я обратил внимание на две звезды. Одна была очень яркой, другая – левее – привлекала взор тем, что непрерывно меняла цвет. Она напоминала алмаз, искрящийся всеми цветами – от красного до фиолетового. Обе звезды меня чрезвычайно заинтересовали. У моей сестры в гимназии уже преподавали космографию, и я попросил ее узнать у учителя названия красивых звезд. Ответ был таков: яркая звезда – планета Венера, мерцающая – звезда Сириус. В симферопольской публичной библиотеке я попросил астрономические книги. Мне дали две книги Камиля Фламмариона: “Историю неба” в русском переводе и “Популярную астрономию” на французском языке». В будущем, уже будучи академиком АН Казахской ССР и член-корром АН СССР, Гавриил Тихов «докажет» существование жизни не только на Марсе, но и на Венере. Кстати, благодаря пари на тему «что же взошло на небе раньше – Венера или Сириус» Тихов заработал свои первые деньги – пять рублей (5000 рублей в современных деньгах), на которые тут же «был выписан из Одессы звездный атлас Мессера, которым я пользовался потом много лет».
«Весну 1892 года я никогда не забуду – тогда я бесповоротно решил сделаться астрономом». Увидев в «астрономическую трубу» кольца Сатурна, Гавриил твердо решил «поступить в Московский университет на физико-математический факультет, чтобы специализироваться по астрономии». В августе 1893 года мечта сбылась – Гавриил Тихов вошел в здание, вход в которое сторожил «величественный памятник Ломоносову». На следующий год в Москву перебираются и родители Тихова: отец получил должность на Московско-Курской железной дороге, и семья смогла снять большую квартиру у Петровских ворот (правда, часть комнат пришлось «пересдавать» студентам, чтобы иметь дополнительный заработок).
Посмотри наверх!
Один раз в газете «Русские ведомости» студент мехмата Тихов увидел любопытное объявление. В нем говорилось, что в определенные дни и часы при ясной погоде обсерватория оптического магазина Швабе на Кузнецком мосту открыта для посетителей с целью «показа интересных астрономических светил».
Магазин Швабе на Кузнецком мосту, 1900-е. wikimedia.org
Плата за вход – рубль, студентам – 25 копеек. Тихов нашел место, где можно было удовлетворять свою жажду «лицезрения небесных тел». Маленькая обсерватория Швабе в центре Москвы не была единственной. Еще одна была рядом на Лубянке, в здании оптического магазина купца Трындина. Астрономы днем работали в его магазине, а после завершения рабочего дня могли пользоваться оборудованием. Также не стоит забывать и о Московской обсерватории, которая располагалась на Пресне, рядом с Трехгорной мануфактурой. Тогда весь ее штат состоял из профессора, астронома и двух ассистентов. Тихова в Московскую обсерваторию привел его коллега, ассистент астронома Константин Покровский, автор популярной тогда книги «Путеводитель по небу».
В Москве студент Тихов продолжил зарабатывать частными уроками, благодаря чему удалось быстро скопить 65 рублей и заказать «настоящую астрономическую трубу», «…из Германии, от фирмы Рейнфельдер и Хертель, с объективом диаметром 54 миллиметра». Тогда же Тихов построил и свою первую «обсерваторию», на крыше сарая в отчем доме в родных Смолевичах. В течение месяца Тихов вместе с местным плотником строили «башню над сараем». Деревенская «обсерватория» всем напоминала настоящую, «у нее был вращающийся купол и ставни на петлях, чтобы открывались». К сожалению, «обсерватория в Смолевичах» проработала всего три недели. Каникулы кончились, а из звездного купола сделали будку для ночного сторожа.
Летом 1895 года у Тихова неожиданно просыпается интерес к науке, которая потом станет второй составной частью его «астробиологии». Начало положила известная «Жизнь растений» Климента Тимирязева. «Тогда я еще не предполагал, что астрономия и ботаника через много лет сольются, и на стыке этих двух наук будет создана астроботаника – наука, соединяющая далекие планеты и жизнь растений». Также в это время Тихов слушает лекции по аналитической механике «отца русской авиации» Николая Жуковского и «первого русского физиолога» Ивана Сеченова. Также Тихов признается, что был «заочно влюблен» в первую русскую женщину-профессора Софью Ковалевскую. «Я нарисовал ее портрет, который хранится у меня по сей день».
После окончания университета опять встает вопрос о трудоустройстве молодого астронома. Остаться работать при университете Тихов не смог и поэтому был вынужден снова подрабатывать частными уроками. Зимой 1897 года будущий исследователь Марса получает приглашение в одно имение в Смоленской губернии. Его задача – стать учителем для Людмилы Евграфовны Поповой, девушки, которая собиралась стать врачом, но поскольку в русские университеты женщин тогда не принимали, она выбрала швейцарский университет, в котором все же требовался диплом об окончании мужской гимназии. Тихову предстояло «натаскать» свою ученицу для сдачи экзаменов сразу за восемь классов гимназии. Спустя полгода – в апреле 1898 года – молодые люди поженились и вместе уехали в Европу (на средства родителей жены).
Гавриил Адрианович Тихов с женой в башне 6-дюймового Бредихинского астрографа в Пулкове. Фото: Журнал «Нива» № 17, 1912 г., wikimedia.org
Тихов поступил в Сорбонну, а его жена – на медицинский факультет университета Берна. В Париже Гавриил Тихов жил и работал под началом знаменитого французского астронома, «отца астрофизики» Пьера Жюля Жансена (1824–1907), знаменитого открытием гелия и фотографиями солнечных протуберанцев. Жансен построил себе на вершине высочайшей в Европе горы – Монблана – обсерваторию, «домик, напоминавший железнодорожный вагон».
Пьер Жюль Жансен. krugosvet.ru
Обсерватория Жансена на Монблане. Фото: Leo Wehrli, ETH/Zürich, wikipedia.org
Причем строительством обсерватории занимался Гюстав Эйфель (правда, на завершающем этапе строительства Эйфель отказался продолжать работы, так как не нашел для основания здания скальную породу, отчего здание, как и предполагал строитель знаменитой башни, в будущем сползло с вершины). В обсерватории на Монблане Гавриил Тихов по предложению Жансена занимался фотографированием туманностей, а в ноябре 1899 года с воздушного шара наблюдал редкое астрономическое явление – метеоритный поток Леониды, который до этого можно было увидеть лишь три раза с промежутками в 33 года. В итоге 15 ноября 1899 года Гавриил Тихов сосчитал 91 падающую звезду, хотя «к сожалению, значительная часть небосклона была скрыта от меня шаром».
Метеоритный дождь Леониды. Фото: Sean M. Sabatini, asteroidday.org
В 1901 году, после окончания Парижского университета, Гавриил Тихов возвращается в Россию, а осенью 1902 года защищает магистерскую диссертацию. Сначала Тихов преподавал математику в 6-й московской гимназии, а с 1903 года – в высшем горном училище Екатеринослава. А вокруг него продолжала бушевать «марсианская лихорадка».
Тайна четвертой планеты
Сегодня это может показаться странным, но начало нового XX века человечество встречало, будучи убежденным в существовании на Марсе разумной жизни. В 1877 году, во время великого противостояния Марса и Земли, итальянский астроном Джованни Скиапарелли (1835–1910) открыл так называемые «марсианские каналы», которые растянулись по красной планете на сотни и тысячи километров. Во время великого противостояния Марса и Земли 1890 года существование каналов было подтверждено и другими астрономами. Газеты всего мира раструбили об открытии на Марсе разумной жизни. Футурологи и писатели-фантасты стали сочинять романы на «марсианские темы», с подробным описанием существующей на соседней планете цивилизации. Их вышло огромное множество, от «Войны миров» (1897) Герберта Уэллса, где описывается нападение злобных марсиан на Землю, до «Красной звезды» (1908) писателя-большевика Александра Богданова, где описана построенная на Марсе коммунистическая утопия. Астроном и математик Персиваль Лоуэлл (1855–1916) издает книги «Марс» и «Марс и его каналы», где детализует свои марсианские наблюдения, а также дает подробное описание существующей на Марсе цивилизации. Его «наблюдения» тут же были подхвачены массовой культурой (и только сто лет спустя, в 70-е годы XX века было установлено, что «марсианские каналы» являются оптической иллюзией).