я могу уместить все в 280 символов
кто такой джон голт
Полина Агеева
Все записи
текст

«Снимок – это такая вещь, с которой очень сложно спорить»: интервью с веб-картографом

«ММ» продолжает рубрику «Молодые ученые России», и новый гость проекта – Марсель Вагизов, выпускник Санкт-Петербургского государственного лесотехнического университета, кандидат технических наук и заведующий кафедрой информационных систем и технологий СПбГЛТУ. Мы поговорили о том, что такое веб-картография и как найти древний заброшенный город, рассматривая монитор компьютера.
«Снимок – это такая вещь, с которой очень сложно спорить»: интервью с веб-картографом
Вырубка леса в Сараваке, PHOTOGRAPH BY MATTHIAS KLUM, nationalgeographic.com

– Что такое веб-картография?

– Веб-картография – это новое направление в геоинформатике, связанное с тем, что в последние 20 лет в сети появляются открытые материалы и данные. Сперва к ним осторожно относились, поскольку доступна была даже засекреченная информация, но потом нашли способы все подчистить, а большая часть данных осталась. Веб-картография объединяет Интернет и картографические материалы: снимки спутников и беспилотных летательных аппаратов, фото самолетного типа, аэрофотосъемку. Это основные источники, которые позволяют нам анализировать Землю и леса. Лесникам, которые работают на местности, необходимо постоянно выезжать в поле, в лес, проводить анализы и собирать информацию. А мы можем сделать то же самое, но сидя за компьютером.

Марсель Вагизов, фото из личного архива

– И что там можно увидеть, например?

– Поскольку леса постоянно меняются, можно следить за этой динамикой. Снимок – это такая вещь, с которой очень сложно спорить. На снимках, которые мы анализируем, есть прямые доказательства того, что происходит на нашей планете. Это объемы законных и незаконных рубок, восстановление леса, высаживание деревьев, лесные пожары. Можно наблюдать за изменениями ледяного покрова, высыханием озер и рек, таянием льдов на вершинах горных цепочек. Но, в основном, мы следим за объемом рубок, а на основе этого уже можно строить прогноз относительно будущего. А темпы вырубок большие, я бы даже сказал – пугающие.

С каждым годом качество снимков только улучшается – техника модернизируется, оптические приборы становятся мощнее, появляются новые спутниковые системы. Так накапливается очень большой объем информации о Земле – сейчас он уже колоссальный.

– Были ли какие-то нашумевшие случаи, когда веб-картографы нашли что-то необычное?

– Каждый раз, стоит открыть на мониторе веб-картографический сервис и посидеть за ним 15–20 минут, уже появляются вопросы. Как размещается в пространстве древесная растительность, почему в исследуемом месте растут именно эти породы, зависит ли это от почвы или дело в климатических условиях? Веб-картография со временем даст ответы на эти вопросы. Помимо них, возникают и другие: как формировались леса, озера, реки, горные цепочки. В морях много интересного – как цветет планктон, как тают арктические территории. Я периодически смотрю материалы NASA, и по ним видно, что объем ледяного покрова с 1980-х по 2020 год сократился более чем на 70 %. Фактически мы теряем арктический лед.

Бывает, что замечаешь вещи, которые не всегда можно объяснить с точки зрения науки, – например, заброшенные или закрытые города, геоглифы. Одно из открытий, сделанных с помощью веб-картографии, – это тропический лес на вершине горы Мабу в Северном Мозамбике. Это оказалась абсолютно обособленная территория, впоследствии туда отправилась экспедиция. Исследуя Землю дистанционно, можно наткнуться на исторические рукотворные объекты. Например, в древнем городе Петра в Иордании с помощью картографии нашли артефакты, скрытые под слоем грунта, – они не попадали в поле зрения археологов, которые там работали уже долгое время. Обычные люди тоже могут сделать научное открытие, например, в 2018 году любитель-исследователь обнаружил с помощью Google Earth близ Лос-Анджелеса древний затонувший город. В Африке, в пустыне Намибии как-то заметили необычное явление – круги, в которых пропадала трава. На снимках это выглядело загадочно, и ученые долго пытались разобраться. После открытия картографов на местность обычно отправляются группы археологов. Так и выяснили, что это термиты поедают растительность по кругу.

Круги в Намибии с высоты птичьего полета, hefrend.comВедьмины круги, Намибия, bestvietnam.ru

– Вы упомянули таяние льдов. А что происходит с климатом? Есть скептики по этому поводу, считающие, что кризиса нет, а климат менялся всегда.

– Лично я вижу связь изменения климата с рубкой лесов. Этот вопрос, конечно, дискуссионный, и для многих ответов требуется большая доказательная база. Но некоторые вещи просто бросаются в глаза. Зайдите на картографический сервис Global Forest Change – сразу видно, какое количество деревьев было вырублено за 20 лет. Нужно найти рациональный путь использования древесины. Если и рубить, то проводить качественные лесовосстановительные работы.

Климат, конечно, менялся всегда. И 100 тыс. лет назад, и 200, и 5 млн лет назад. Но важно то, как он влияет на тех, кто живет на планете сейчас. И скорость изменения тоже важна. Даже если это циклический процесс – например, будет какой-то скачок, а потом все вернется в норму, – эти изменения сказываются на экономике, на нас и на других обитателях Земли именно сейчас. Природные катастрофы: наводнения, лесные пожары в Сибири и Австралии, нетипичные зимы в последние годы – все это последствия климатических изменений. Важно осознавать их.

– Какие-то резонансные находки были у вас и ваших коллег?

– Был момент, когда мы со студентами изучали снимки Ленинградской области и у нас возникали вопросы относительно объема рубок в Сосновском участковом лесничестве. К анализу подошли с двух сторон – было интересно узнать, какой был объем вырубки и как происходит восстановление лесной площади. Так сложилось, что этим вопросом озаботилось много людей, в том числе ОНФ (Общероссийский народный фронт) и «Гринпис», и был большой резонанс по этому вопросу в Интернете и на телевидении. Сейчас можно сделать вывод, что качественного восстановления лесов на той территории пока не происходит. Возможно, меры будут предприняты позже, но пока очень много опушек, где деревьев нет. По-хорошему, нужно было соблюдать принцип равномерного лесовосстановления, оставить больше семенных деревьев, но он соблюдался не везде. Увы, дело с мертвой точки не сдвинулось пока.

Волонтерская программа по восстановлению лесов peruvolunteering.org

– Что вам дало обучение в Лесотехническом университете?

– Лесотехнический университет дал мне самое главное – опыт. Как профессиональный, так и жизненный. Атмосфера работы, сильнейший коллектив преподавателей, научные школы, созданные в университете – все это оказало на меня большое влияние и послужило примером в дальнейшей деятельности. Студенческие годы были одними из самых увлекательных и веселых, а университет очень не хотелось покидать. Это впоследствии и определило мое желание поступить в аспирантуру и продолжить обучение уже в другом статусе.

— Что вам нравится больше: наука или преподавание?

— Наука ради науки это пустой труд, она должна кому-то передаваться, иначе рано или поздно ее не станет, она забудется. Процесс передачи науки идет и через преподавание. Мне оно дается легко, я стараюсь не делать разрыв между мной и студентами, чтобы у нас всегда была свобода общения, обратная связь. Иногда студенты мне что-то новое рассказывают, поскольку я сам за всем не могу уследить. Так что мы друг друга подпитываем, я стараюсь студентам давать свои знания, а они в рамках дискуссии могут мне рассказать о других вещах.

– Как обычный человек может помочь лесу?

– Начинать надо с себя. Мы все можем осознанно подойти к ресурсам, которыми обладаем. Стоит задуматься, а нужно ли нам столько всего, и есть ли действительно в этом потребность. Нужно ли нам покупать второй автомобиль? Нужно ли нам столько дополнительных вещей? Или второй дом на 150 квадратных метров? Можно жить ничуть не хуже и с комфортом, но уменьшив масштабы того размаха, который у нас сейчас. Если мы задумаемся об этом, то и наше общество трансформируется. Возможно, будет пересмотрен подход к домостроению. Я думаю, что общество должно прийти от потребительства к созерцанию. Мы потребляем продукты, они исчезают в течение дня, а то, во что они были упакованы, останется еще на 20–30 лет. Нужно производить разлагаемые материалы. Сейчас мы к этому движемся, но если взглянуть на наши торговые центры и задуматься, то поймешь, что рационализмом пока не пахнет. А второй момент – вообще-то каждый может поучаствовать в любом открытом экологическом проекте, если его беспокоят эти вопросы. Сейчас по двум-трем запросам можно поучаствовать и в работе «Гринписа», и в работе экологических организаций, было бы желание.


Наука

Машины и Механизмы
Всего 0 комментариев
Комментарии

Рекомендуем

Актуальное
Петросити
Поэма здоровья
Биосфера
Новиков Александр Иванович, персональный сайт
OK OK OK OK OK OK OK