я могу ошибаться
Каждый имеет право на безнаказанный эксперимент
Наталья Нифантова
Все записи
текст

Не забудьте вынырнуть

«Меня укусила акула, когда я стоял в океане», – пела в середине 1990-х ныне забытая группа «Манго-манго», и продолжала мысль в том ключе, что, мол, «аквалангисты – это не игра». Вероятно, 15 лет назад так и было. Сейчас дайвинг – одно из самых популярных туристических развлечений. Специализированные конторы по сходной цене кого угодно окунут хоть в океан, хоть в море синее (Красное, Черное, Мертвое, etc.), и даже обещают поднять на поверхность в целости и сохранности. К сожалению, практика показывает, что со второй частью казалось бы несложного процесса периодически возникают проблемы.
Не забудьте вынырнуть

Что угрожает отважным покорителям морской пучины, кроме неприятных встреч с зубастыми и ядовитыми представителями фауны, и как предугадать фатальный исход «танцев под водой», мы спросили у Константина Логунова, профессора и заведующего кафедрой морской и подводной медицины Санкт-Петербургской медицинской академии последипломного образования.

– Константин Валерьевич, в целом дайвинг с точки зрения врача – это хорошо или плохо?

– В зависимости от того, какой это врач. По отношению к подводным погружениям я бы поделил работников медицины на две группы. Основная масса врачей о водолазах, погружениях под воду, действии повышенного давления на человека имеют лишь самое общее представление, мало чем отличающееся от обывательского. Думаю, для них большой разницы между дайверами, парашютистами, серфингистами, альпинистами и остальными любителями экстремального отдыха нет.

Другая группа – это те, кто проблему специально изучал: читал литературу, проходил обучение в области подводной медицины. Эти врачи знают, что подводный мир – абсолютно враждебная по отношению к человеку среда. Чтобы человек утонул, достаточно покрыть его дыхательные пути миллиметром влаги. В луже можно утонуть! В целом любое действие погружений на организм, короткое или длительное, можно рассматривать как неблагоприятное. Конечно, если речь идет о кратковременных погружениях на небольшие глубины, то комплекс положительных эмоциональных ощущений может перевесить отрицательное действие. Но вообще-то вопрос состоит не в том, вредны ли подводные погружения, а в том, сколько именно вреда они могут принести здоровью.


– Мы привыкли думать, что где вода, там и жизнь. В чем же выражается столь враждебное отношение водной стихии к человеку?

– Чем дольше ученые изучают этот вопрос, тем больше они открывают аспектов вредного воздействия подводной среды на организм. Во-первых, это непосредственное механическое действие повышенного давления, эффект «сжимания». Во-вторых – изменение физико-химических свойств среды. Мы с вами сейчас сидим в комнате, окруженные атмосферным воздухом, при давлении в одну атмосферу. Даже в барокамере, то есть еще без непосредственного воздействия воды, на условной «глубине» в 10 метров мы чувствовали бы себя совершенно иначе: плотность воздуха меняется, по-другому распространяется звук. Если же человек оказался в воде, он видит не так, и слышит не так, и теряет тепло. В общем, возникает масса проблем. Третий источник опасностей связан с воздействием газов под повышенным давлением. Это может быть та смесь, которой человек дышит, или пузыри воздуха в костюме. В любом случае, эти газы начинают в организме особым образом растворяться. Собственно, именно эти проблемы лучше всего известны широким массам: декомпрессионная болезнь, другие специфические водолазные заболевания.

– Подтверждение вашим словам я нашла еще при подготовке к интервью. Каждый пятый материал о водолазах в Интернете посвящен знаменитому «азотному опьянению» – кажется, скоро о нем будут триллеры снимать. Неужели оно действительно так опасно?

– При некоторых технологиях спуска под воду «азотное опьянение» и правда серьезная проблема. Если человек при спуске дышит воздухом, то по мере увеличения глубины, по мере «сгущения» воздуха, концентрация азота начинает возрастать. Было обнаружено, что с увеличением этой концентрации (сначала в газовой смеси, которой человек дышит, а затем и в организме) человек подвергается специфическому воздействию. Внешне это очень напоминает алкогольное опьянение, а механизм процесса до сих пор толком не объяснен. Условно считается, что каждые 15 метров спуска аналогичны употреблению одной рюмки водки (или бокала мартини). То есть 40 метров – это почти три рюмки. Опасность «азотного опьянения» – одна из причин, по которым рекреационный, любительский дайвинг ограничен глубинами до 40 метров. Глубже появляется риск не только неадекватного поведения дайвера-любителя из-за повышения концентрации азота, но и возникновения проблем, связанных с декомпрессией, с водолазными болезнями.


– Существуют ли общие противопоказания для дайвинга? Кому в воду лучше не «соваться» ни при каких обстоятельствах?

– Все нарушения здоровья, приводящие к потере сознания, – это абсолютное противопоказание к занятиям дайвингом: эпилепсия, некомпенсированный сахарный диабет. Сюда же можно добавить хронические заболевания, течение которых обостряется от экстремальных воздействий на организм: заболевания сердца, легких, печени, почек. Из-за перепадов давления при спуске под воду и подъеме с глубины любые заболевания, подразумевающие наличие в организме некой замкнутой полости, тоже категорическое противопоказание к дайвингу: воспалительные заболевания легких, после которых могут остаться рубцы, любые воспалительные хронические заболевания придаточных полостей носа, то есть ринит и гайморит. Вообще, ограничений по состоянию здоровья довольно много. Это не значит, что погружения под воду исключены. Иногда просто нужны особые технологии и оборудование. Речь идет о том, кому нужно быть осторожным. Спустить под воду и поднять обратно живым можно кого угодно в любом состоянии, технологии это позволяют.

– Вы ничего не сказали о возрасте дайверов. Можно ли быть слишком юным или старым для погружений?

– Сам по себе возраст не является ограничением. Но можно констатировать, что с возрастом хронические заболевания у человека лишь накапливаются. Эти заболевания и ограничивают пригодность к спуску. Хотя люди погружались и в 94 года. Все зависит от состояния здоровья. Если мы говорим о детском дайвинге, то я провел бы такую аналогию. Спуск под воду – это не менее опасное мероприятие, чем вождение автомобиля. Даже при использовании самого дорогостоящего и безопасного оборудования. Под воду еще нужно спуститься, загубник при испуге не выпустить. Не зря дайверы спускаются по двое, чтобы друг друга страховать. Свою машину мало кто доверяет подросткам. Вот если вы разрешаете 14-летнему сыну водить автомобиль – пожалуйста, можете доверить ему и спуститься под воду. Но в большинстве случаев жалко и автомобиль, и сына… Научных данных, которые позволяли бы сказать, что детский организм испытывает непоправимые потери от воздействия повышенного давления, в руках ни у кого нет. Наука считает, что о безопасности любого воздействия можно говорить, когда получены результаты 50-летнего наблюдения за теми, на кого это воздействие производилось, и за их потомством. Дайвинг широко развивается менее 50 лет. Данных наблюдений за теми, кто в середине прошлого века начал нырять, нет, а дети тогда вообще не ныряли. Одно могу сказать: наука категорически не рекомендует погружаться беременным женщинам. Есть опасения, что возможные нарушения для плода будут фатальны.


– Что чаще всего становится причиной несчастных случаев при погружениях?

– Причины можно условно поделить на три большие группы. Первое – это воздействие внешней среды, с которой не справился дайвер: внезапно усилившееся волнение моря, течение, водоросли и тому подобное. Второе – обострение существовавших хронических нарушений здоровья, но об этом мы уже говорили. Третье – либо отказ техники, либо нарушение технологии спуска. Но любое несчастье – это всегда не одна конкретная причина, а целая цепь событий. Предположим, немолодой человек, имеющий какие-то хронические заболевания, когда-то давно выучившийся на open water дайвера, поехал нырять на Красное море с компанией. Снаряжение частично его, частично соседа. Внутренне дрожит: выйдет – не выйдет, можно – нельзя… Полез со всеми под воду: ластами усиленно работает, как дышать забыл, уровень воздуха проверить забыл, запас воздуха у него раньше всех закончился. На снаряжении сработал «автомат» – вдох стал затруднен… У человека паника, он бросается на поверхность с глубины 15 метров, забывает, что нужно сделать выдох, получает баротравму легких и погибает. В чем причина его гибели? Нарушение технологии? Возраст? Низкая подготовленность? Баротравма? Паническая атака? Причины можно назвать разные. Пожалуй, самая главная причина – недостаток знаний. Если потратить чуть больше времени на подготовку, то количество и риск несчастных случаев можно снизить.

– Подготовкой дайверов занимаются инструкторы. А можно ли как-то проверить их? Вдруг человек, который собирается спускаться со мной под воду, недостаточно компетентен?

– Проверить инструктора по дайвингу довольно сложно. Единственное, что я могу посоветовать – ориентироваться на сертификаты известных и уважаемых организаций дайверов: PADI (Professional Association of Diving Instructors), CMAS (Confederation Mondiale des Activites Subaquatique) и других. Подобные крупные организации работают со школами дайвинга по всему миру, в том числе и во многих российских городах. Они централизованно следят за качеством обучения инструкторов и рядовых дайверов. Для этого существуют региональные офисы организаций. К примеру, PADI RUSSIA.


– В каких условиях, сезонных или географических, погружения становятся опаснее?

– Существуют правила спуска под воду в разных условиях. У погружений в бассейн свои опасности, у погружений под лед – свои, в тропических морях – свои. Я бы не связывал напрямую риск с условиями погружения. Скорее, уровень опасности связан с тем, насколько сам дайвер знаком с этими условиями. Если спуск производится в знакомой обстановке по хорошо отработанной схеме, уровень риска будет меньше, а любые изменения будут повышать риск несчастных случаев. Представьте человека, который учился водить машину по гололеду, а затем ему предложили проехать по горному серпантину при 30-градусной жаре. Новые условия будут для него много опасней, хотя изначально сложно определить, что рискованней: вождение по скользкой дороге или вождение в условиях горной местности.

– В 2005 году в Египте произошел несчастный случай, в результате которого погибли три дайвера из Санкт-Петербурга. Тогда один из экспертов так прокомментировал ситуацию: «Отличительная черта российских дайверов – тяга проверить все запреты на себе». Согласны ли вы с этим утверждением?

– Во многом я с этим мнением согласен. Но, к сожалению, мы не имеем статистики по несчастным случаям и смерти российских дайверов. Есть статистика по иностранцам – ее пытаются вести американские, британские, французские объединения любителей дайвинга. Тем не менее, существует предположение, что на каждого погибшего дайвера из западных стран приходится три погибших российских дайвера. Продавцы дайверских услуг с этим категорически не согласны. Однажды услышав об этом, они еще полгода потом «бурлили» на форумах. Это предположение сложно проверить еще и потому, что непонятно, кого считать дайвером. Человека с пластиковой картой дайвера? С картой и тремя звездами? Любого утонувшего с маской и трубкой? Кого считать погибшим от причин, связанных с дайвингом? Тех, кто погиб непосредственно в воде? На берегу? Или по приезде домой с отдыха? Одна из самых пессимистических оценок: 30–40 человек в Петербурге каждый год гибнет от причин, связанных со спусками под воду, и далеко не все из них об этом догадываются. Эти люди, относительно молодые и здоровые, прилетают с отдыха в дальних странах и начинают чувствовать ухудшение здоровья или даже умирают в течение нескольких суток после возвращения домой. Но в городских больницах, как правило, не знают водолазных проблем и не знают, на какие нарушения в организме нужно обратить внимание. Поэтому сказать, умер ли человек от каких-то сторонних причин или получил осложнение в результате подводных погружений, нельзя.

– Люди вряд ли когда-нибудь перестанут погружаться под воду, даже зная обо всех опасностях дайвинга – ведь на то он и экстремальный отдых. Могли бы вы сформулировать главное правило безопасности для тех, кого не оставляет желание исследовать подводный мир?

– Я бы посоветовал чаще проводить аналогии между подводными погружениями и другими экстремальными развлечениями. Тот, кто сел в самолет, чтобы прыгнуть с парашютом, не поленится лишний раз проверить, на месте ли парашют и правильно ли он упакован. В подобных ситуациях осторожность излишней не бывает, как и знания.

Общество

Машины и Механизмы
Всего 0 комментариев
Комментарии

Рекомендуем

Актуальное
Петросити
Поэма здоровья
Биосфера
Новиков Александр Иванович, персональный сайт
OK OK OK OK OK OK OK