Кто выживет станет неуязвим

Такие чистокровные бушмены потому, что сидят в своей Африке со времен верхнего палеолита (50–10 тысяч лет), игнорируя музу дальних странствий. Они не водили шуры-муры с неандертальцами (у всех остальных жителей планеты, кроме коренных африканцев, от 2 до 4 % неандертальских генов), не симпатизировали денисовцам (которые смешивались с предками австралийцев). Они sapiens без подмесу.

Генетики называют их самым древним этнотипом в мире, хотя антропологи с ними спорят. Не менее древними можно считать все этнические группы, говорящие на так называемых койсанских языках. То есть еще и готтентотов, или, как те себя именуют, кой-коин.

Правда, есть мнение, что еще более генетически далекими от человечества могут оказаться племена хатса, что живут на берегах озера Эяси в Танзании. Сильно древние и пигмеи мбути. Но большинство ученых все равно кивает на койсанов (из которых самые удивительные, конечно, бушмены).

Лицо сердечком, а волосы пучками

Бушмены живут на Черном континенте, но к негроидной расе они не относятся. Вместе с готтентотами они составляют отдельную малочисленную расу – капоидную. Общая численность бушменов – всего 100 тысяч человек. Готтентотов чуть больше, около 130 тысяч.

Бушмены. Фото: Heribert Bechen, flickr.com

Люди «сан» миниатюрны и милы: рост – 150 см и характерное лицо «сердечком». Антропологи окрестили их педоморфными, что означает «наделенные детскими чертами». А вот стареют бушмены быстро. Прямо стремительно: к 30–35 годам лицо всякого «сан» покрывается сетью глубоких морщин. Это их этническая особенность.

Фото: Dietmar Temps, dietmartemps.com

Цвет кожи – желтоватый. Разрез глаз – монгольский, с характерным эпикантусом (особой складкой верхнего века). Волосы на голове растут не как у всего остального населения материка, а пучками, страшно закрученными.

А еще у бушменок есть выдающаяся черта внешности: научно она называется стеатопигия – отложение жира, по преимуществу, на ягодицах. Этот подкожный слой спасет бушменку в голодный год. Местные голливудские звезды – дамы, пятая точка которых выдается под углом.

Выдающаяся черта внешности бушменок отражена даже в наскальной живописи. Фото: wally nelemans, flickr.com

В отличие от своих родственников готтентотов, которые испокон веку разводили скот, бушмены из всех домашних животных имели разве что собак. Готтентоты обладали институтом вождей и воинов, участвовали в битвах с европейцами. Бушмены отродясь ни с кем не воевали. Воевали с ними – вернее, их выживали на все более непригодные для жизни места. Часто это было похоже на геноцид.

Бушмены, 1804 г. Иллюстрация: Samuel Daniell, archive.org

Оправданная жестокость

У «кустарниковых людей» нет понятия частной собственности – в свое время это стоило им многих жизней. За одну убитую корову фермеры-колонизаторы убивали тридцать бушменов. Это не помогало, и на них устраивались облавы. Убивали, как диких зверей: натравливали собак, сжигали буш, в котором прятались «сан», отравляли колодцы. Мирные бушмены терпели. Итог плачевен: сегодня они живут в районе Калахари, пустыни, название которой переводится как «мучимая жаждой», – максимально засушливом регионе. К тому же недавно в местах их поселений нашли алмазы, и племена вынуждены отступать буквально в голый песок.

Так что выносливость – главная их черта. А еще одна – чувство взаимопомощи: ребенок, найдя сочный плод, не съест его, даже если этого никто не видит, а принесет в семью, где старшие разделят его поровну.

Это сочетается с фееричной жестокостью. Когда глубокие старики становятся не способны идти за племенем, которое откочевывает в новый район, их попросту бросают: «Незачем ждать много лун подряд, пока старик или старуха умрет или поправится». Если у бушменки, кормящей одного ребенка, родился второй, его ждет смерть от рук самой матери – все равно умрет с голоду. Зато тот, кто выживет, станет почти неуязвим ни перед инфекциями, ни перед вражеским копьем. Тяжело раненный бушмен способен обходиться без медицинской помощи не меньше недели.

Кто кого кормит

«Аутсайдеры» – охотники и следопыты. Говорят, лучшие на планете. Бушмены могут найти воду в песке, сохранив ее на сухой сезон, узнать зверя по примятой траве и сказать, когда тот проходил, а потом выслеживать без устали несколько дней кряду.

Бушмены используют скорлупу страусиных яиц как фляжки для переноски и хранения воды. Фото: youngrobv, flickr.com

Оружие бушмена – лук и копье. Лук – до метра длиной, с тетивой из сухожилий или растительных волокон. Наконечники для стрел и копий – из кости и камня. Отравленные. Железа бушмены долго не знали (в отличие от их соседей – готтентотов) и вплоть до XX столетия жили, вероятно, в условиях каменного века. Правда, во время прихода европейцев охотно подбирали оставленные ими осколки стекол и использовали их в качестве наконечников стрел.

Фото: Arri Raats, South African Tourism, flickr.com

Не было у них и гончарного дела. Зато они плели корзины из веток и травы. «Народный» музыкальный инструмент бушменов – обычный охотничий лук, на который вешался резонатор из тыквы. В наши дни его заменили на менее романтичную консервную банку.

Бушмены – демократы, иначе им не выжить. Традиционная схема «мужчины – охотники, женщины – собирательницы» здесь работает со скрипом. Добыть мясо в этих местах – большая удача, и иногда она выпадает женщинам, а собирательством не брезгуют и мужчины. В Африке едят все. Аппетит – зверский: средняя бушменская семья съедает антилопу за раз. Едят, как волки: несколько часов.

Строить жилища – тоже женская работа. Мужчины могут нарубить веток, но все остальное: плетеные циновки, каркас – делается хрупкими руками бушменок. Жилища устраивают прямо в кустах (отсюда, видимо, и название народа).

Фото: Grete Howard, grete-howard.travellerspoint.com

Нет четкого разделения труда – нет и гендерного доминирования, и при решении жизненно важных вопросов значение имеет не пол, а опыт, возраст и способности членов племени. Не развита полигамия. Не потому, что мужчины верные, а потому, что гарем нечем кормить. Хотя кто там еще кого кормит…

Фото: Alexey Yakovlev, flickr.com

Когда-то бушмены открыли необычные свойства кактуса Hoodia Gordonii, который отбивает аппетит. Общественники, которые поддерживают эти племена (ибо те всегда на грани выживания), помогли им закрепить патент на использование растения, и сегодня его продают в аптеках как препарат для похудения. Бушмены жуют его, конечно, по другой причине – чтобы заглушить голод, жажду или облегчить боль.

Бушмены – анимисты: они верят, что падающая звезда – символ смерти, а ветер дует, потому что деревья качаются. В общем, в природу, но без фанатизма. А еще бушмены обожают танцы, во время которых они входят в транс. Характерное сопровождение таких плясок – хлопанье в ладоши и песни без слов. Так «сан» связываются с миром сакрального и лечат больных.

Фото: Dave and Carol Horlick, flickr.com

Сказка про луну и зайца.

Бушменские сказки – это, скорее, мифы. Об окружающем мире, о жизни, смерти и о себе. Традиционный персонаж – богомол, он же – первопредок, связующее звено с богом.

Один из самых популярных сюжетов – про Луну и зайца – сказка о происхождении смерти. Некоторые ученые полагают, что именно этот сюжет, возможно, в свое время был вынесен из Африки, потому что на момент расселения с прародины человечество уже имело его в своем фольклорном арсенале. У сказки много вариантов, и вот один из них.

Луна была главным богом. Однажды она решила, что человек не должен умирать, а так же, как она, каждый раз возрождаться заново. Чтобы рассказать об этом человеку, она послала черепаху, но та так медленно шла, что по дороге все забыла. Вернулась и попросила Луну напомнить сказанное. Луна рассердилась и позвала зайца: «Ты быстро бегаешь. Передай мои слова людям». Заяц побежал, но увидел сочную траву, решил поесть, и пока ел − все забыл. Когда же вернулся к людям, сказал: «Вы умирали и будете умирать». После этого вернулась черепаха и передала, наконец, людям слова Луны. Между зайцем и черепахой завязалась драка. Черепаха запустила камень и рассекла зайцу губу. С тех пор у всех зайцев губа рассечена, а люди смертны.

Табу бушменов

Многие из табу бушменов являются общими для самых разных культур: от индейских прерий до ледяной Чукотки. Большинство миронаселения, например, боится мертвых, но проявляется страх по-разному: кто-то занавешивает зеркала в доме, кто-то выносит покойника ногами вперед. Бушмены не произносят имени мертвеца. Поэтому лексика их изменчива, как ветер в мае. При этом в традиционных племенах обычное дело – назвать ребенка Радугой или Мочой Дикобраза. Тут кому как повезет. А после смерти Радуги это слово попадает под запрет, и надо придумывать новое. Так что изучать бушменский язык – только время тратить. Но хотя бы с числительными у них проще: есть только «один» и «много». Да, и говорят бушмены очень тихо – привычка охотников.

Некоторые табу распространяются на детей, которым, например, нельзя есть сердце шакала. Шакал здесь считается трусливым животным, поэтому съесть его сердце значит перенять трусость.

Фото: Mopane Game Safaris, commons.wikimedia.org

Табу посерьезнее связаны с регулированием отношений в племени и запретом инцеста, который особенно характерен для небольших групп. Так что здесь ищут невесту на стороне, в другом племени, а брат не может сидеть рядом с сестрой. Мало того, запрещается даже находиться рядом с женщиной, которая носит имя сестры. Здесь верят, что все тезки – родственники.

Сегодня бушменам помогают как могут: волонтеры раздают им одежду, а некоторым и лошадей для охоты. Но это, скорее, точечные акции. Попытки построить для «сан» деревни, приблизив их к цивилизации, малоэффективны. Охотникам с тысячелетним опытом проще найти воду в камне, чем запомнить, что дважды два – четыре. Пока бушменский ребенок просиживает в школе, его сверстники учатся выживать. В итоге он оказывается не у дел: ни в «европейском» обществе, ни в своем.