Евгений
я могу поделиться мудростью из советских мультиков!
«Aliis inserviendo consumor»
Евгений Арчишаускас
Все записи
текст

«Странная белая обезьяна»

Она была ученым-первопроходцем, которая прославилась, изучая шимпанзе. Недавно опубликованные снимки пролили свет на решения, которые ей приходилось принимать, и на чувства к фотографу, которого она любила.
«Возможно, вы уже слышали мою историю раньше».
Этими словами Джейн Гудолл начала свою лекцию в 2015 году. «Но она похожа на старую сказку — сколько ни рассказывай, с каждым разом становится все лучше». История ее жизни и вправду известна многим — так часто ее освещали в прессе и на телевидении: «молодая англичанка, исследующая шимпанзе в Африке, произвела революцию в приматологии». Но как женщине, обожающей животных, однако не имевшей соответствующего образования, удалось прочно войти в мир науки и СМИ, где правили мужчины, и стать всемирно известным защитником дикой природы? Наша статья — об этом.
Джейн получила широкую известность благодаря фильму «Мисс Гудолл и дикие шимпанзе», выпущенному National Geographic Society (Национальное географическое общество США, НГО) в 1965 году. Она много лет не видела его. Я включил ей его на ноутбуке. Приматолог, которой в этом году будет 84, внимательно смотрит на себя двадцативосьмилетнюю. Вот она бродит по лесу в национальном парке Гомбе-Стрим, расположенном на территории современной Танзании. Кажется, что молодая женщина исследует почву, но на самом деле, рассказывает Джейн, это постановочная съемка. Она воссоздавала события шестимесячной давности, чтобы фотограф Хуго ван Лавик смог запечатлеть их.
В НГО Хуго дали четкие указания, какие фотографии он должен сделать. «Они составили список: Джейн в лодке, Джейн с биноклем, Джейн смотрит на карту», — вспоминает моя собеседница. Когда 22 декабря 1965 году на CBS вышел фильм «Мисс Гудолл и дикие шимпанзе», его посмотрело около 25 миллионов зрителей в США и Канаде — огромная цифра даже по сегодняшним меркам.
Фильм принес Джейн мировую известность и положил начало ее легендарной карьере в приматологии. В лице Гудолл сотрудники Национального географического общества нашли фотогеничного исследователя и рассказчика, идеально подходящего на главную роль в фильме: симпатичная белая женщина проводит научные исследования в африканских джунглях.
С тех пор много чего произошло: Джейн получила докторскую степень в Кембриджском университете, написала десятки книг, вырастила несколько поколений ученых, боролась за сохранение окружающей среды в развивающихся странах и открыла не один заповедник для шимпанзе. Сегодня по программе Института Джейн Гудолл Roots & Shoots, которая действует в сотне стран, молодые люди учатся, как защищать дикую природу. А Джейн по-прежнему проводит в разъездах по 300 дней в году, только теперь она посещает правительственные учреждения и выступает в школах.
Привлекательная молодая девушка в джунглях среди потенциально опасных животных… Людям нравится все романтизировать, и они воспринимали меня как персонажа, которого сами придумали.

«Странная белая обезьяна», — так воспринимали Джейн шимпанзе, полагает она: как одну из них, но другую. Здесь дочь Фло Фифи рассматривает рубашку Джейн. «Жизнь в лесу полностью поглотила меня», — напишет позже Джейн. Фото: Getty Images
Джейн Гудолл стала героиней более 40 фильмов и появлялась на телевидении бессчетное число раз. И вот сейчас ее жизнь и работа стали темой для нового проекта National Geographic Documentary Films. Двухчасовой фильм JANE, в который вошли видеофрагменты, ранее не демонстрировавшиеся широкой публике, рассказывает о женщине, чья любовь к шимпанзе сделала ее знаменитой.
Когда Хуго впервые посетил Гомбе в 1962 году, он сделал тысячи фотографий и отснял более 65 часов видео на 16-миллиметровую пленку. Часть этих материалов увидела свет в фильме 1965 года и статье в журнале NG. Остальное разложили по коробкам, отправили на склад в Пенсильвании и забыли надолго. В 2015 году на них снова обратили внимание. Драгоценные катушки пленки предлагали людям нечто уникальное: новый взгляд на Джейн. На многих видео серьезное выражение под конец исчезает с ее лица, и она смотрит прямо в объектив: на Хуго, своего режиссера. В эти моменты зритель может заметить в ее глазах любовь к мужчине по ту сторону камеры.
Собранные вместе, эти материалы дают представление о том, как жила молодая женщина, поначалу знавшая об Африке лишь по книгам о Тарзане и Докторе Дулиттле, и как ее открытия разрушили устоявшиеся представления о ближайших родственниках человека.
В Гомбе Джейн Гудолл пришлось столкнуться со многими опасностями — маляриeй, ядовитыми насекомыми, змеями и ураганами. Кроме того, чтобы получить возможность работать в дикой природе, Джейн надо было быть мудрым стратегом и умелым дипломатом. В начале своей карьеры ей приходилось бороться с преимущественно мужским научным сообществом, которое не воспринимало ее всерьез; с представителями СМИ, чья поддержка зависела от ее согласия на сделанный ими сценарий; с мужчинами, предлагавшими свою помощь и покровительство и желавшими ее контролировать. Но она была готова терпеть неуважение, мириться с дураками и идти на жертвы, если это шло на пользу ее делу.
Любовь к животным и желание заниматься ими в Африке у англичанки Валери Джейн Моррис-Гудолл появились еще в детстве. У ее семьи не было денег на колледж, поэтому Джейн поступила на курсы секретарей. Она работала в Оксфорде, потом в Лондоне, в компании, занимавшейся производством документальных фильмов. Летом 1956 года Джейн вернулась домой и устроилась официанткой — чтобы накопить денег на билет до Кении. В Найроби Джейн добилась встречи с палеоантропологом Луисом Лики, который интересовался высшими приматами, поскольку изучал происхождение человека. Он взял Джейн на место секретаря и разглядел в ней задатки ученого. Позже Лики нашел средства, чтобы отправить ее в Танзанию изучать шимпанзе в естественной среде обитания. И спустя несколько месяцев признался Джейн в любви. Джейн была в ужасе от такого поступка Лики, который был старше ее на 30 лет, и отказала ему. Несмотря на это, Лики не прекратил поддерживать ее, и летом 1960-го Джейн разбила лагерь в национальном парке Гомбе-Стрим у озера Танганьика.

Дэвид Седобородый был первым шимпанзе, который пришел в ее лагерь и позволил прикоснуться к себе. Со временем Дэвид стал приводить товарищей за бананами или старыми вещами (особую страсть шимпанзе питали к полотенцам и фартукам). На фотографии Седобородый изучает содержимое жестяного ящика.Фото: Институт Джейн Гудолл

С самого начала исследований Джейн полагалась на свою интуицию.
Не зная о том, что у ученых принято давать животным номера, она в своих записях использовала клички, которые придумала для шимпанзе: Фифи, Фло, Мистер Макгрегор, Дэвид Седобородый. Гудолл писала о них как о личностях, существах со своими индивидуальными особенностями.
Джейн провела много времени, наблюдая за животными через бинокль, постепенно подбираясь все ближе, чтобы они привыкли к ее присутствию.
По истечении шести месяцев она совершила три открытия, которые перевернули научный мир с ног на голову.
Первому открытию поспособствовало то, что Джейн однажды увидела, как шимпанзе набросился на труп какого-то небольшого животного — это опровергло устоявшееся представление, будто обезьяны не едят мяса. Отличительной чертой плотоядного шимпанзе была седая бородка, поэтому Джейн окрестила его Дэвидом Седобородым. Недели через две она снова наблюдала за Дэвидом и на этот раз увидела нечто еще более невероятное.
Сидя у гнезда термитов, тот взял травинку и засунул ее в отверстие. Когда шимпанзе вытащил травинку, она была покрыта термитами, которых Дэвид тут же отправил в рот.
В другой раз Джейн увидела, как он подобрал прутик и очистил его от листьев, прежде чем сунуть в термитник. Словом, Дэвид Седобородый продемонстрировал умение изготавливать и использовать инструменты — ранее считалось, что на это способны только люди.
Когда Джейн сообщила об этом Луису Лики телеграммой, он телеграфировал в ответ:
ТЕПЕРЬ МЫ ДОЛЖНЫ ДАТЬ НОВОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ИНСТРУМЕНТА.
НОВОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА.
ИЛИ ПРИЗНАТЬ ШИМПАНЗЕ ЧЕЛОВЕКОМ.
Благодаря этим открытиям Джейн получила грант НГО для продолжения работы в Гомбе. Однако, когда мисс Гудолл начала публиковать результаты своих исследований, она столкнулась со скептицизмом научного сообщества: у нее ведь не было ни образования, ни диплома.
Весной 1962 года Джейн выступила на посвященном приматам симпозиуме Зоологического общества Лондона, впечатлив многих присутствовавших, включая зоолога и писателя Десмонда Морриса. Но были и насмешки. Так, статья Associated Press начиналась словами: «Сегодня стройная блондинка, которую обезьяны интересуют больше мужчин, рассказала о том, как она 15 месяцев изучала повадки шимпанзе в джунглях».
Снимки сделанных Джейн открытий могли бы убедить многих. Но она ответила отказом на предложение прислать ей фотографа: появление незнакомца повредило бы отношениям, которые она выстраивала с животными. Тогда НГО отправило ей в Африку камеру и несколько катушек кинопленки вместе с подробной инструкцией, как ими пользоваться. Но мохнатые друзья Джейн любили прятаться в тени, поэтому присланные ею снимки не соответствовали стандартам журнала. Джейн предложила другой вариант: у ее младшей сестры, Джуди, был некоторый опыт по части фотографии, и она была похожа на Джейн, поэтому ее присутствие не потревожило бы шимпанзе. Увы, редакторов журнала NG не удовлетворили и новые снимки.
Они хотели, чтобы Джейн написала статью о своей работе — но ее не напечатают без «качественных фотографий животных», предупредили они. Джейн поняла, что, если она не согласится, финансирование со стороны Национального географического общества прекратится.
Лики помог Джейн поступить в докторантуру в Кембриджском университете — она была одной из немногих, кого приняли без диплома бакалавра, и попросил НГО финансировать Джейн, пока она пишет диссертацию и проводит исследования в Гомбе. Но НГО отклонило просьбу — мол «эта женщина… недостаточно квалифицирована, поскольку не имеет университетского диплома». Тогда разгневанный Лики отправил им список всех ее достижений.
И Национальное географическое общество все-таки выдало Джейн грант — с условием, что она согласится на профессионального фотографа. По рекомендации Лики, для этой работы наняли Хуго ван Лавика. Я брал у нее интервью в 2015-м, и Джейн сразу сказала: «Лики намеренно выбрал Хуго, чтобы свести его со мной. Он сам это признал». Хуго приехал в Гомбе в августе 1962-го. Они действительно отлично подходили друг другу: оба горячо любили дикую природу и свою работу. Некоторое время Джейн и Хуго снимали на пленку только шимпанзе, и никому из них не приходило в голову акцентировать внимание на самой Джейн. Но редакторы NG решили, что она тоже должна быть в кадре
.«Я знаю, вы не забудете сделать снимки жизни Джейн в лагере — как она готовит, пишет отчет при свете фонаря ночью, стирает, моет голову и так далее», — писал Хуго редактор Роберт Гилка осенью 1962 года. Хорошие фотографии Джейн, моющей голову в ручье, «будут очень кстати», подчеркивал Гилка.
                                                 
После свадьбы Джейн и Хуго стали появляться в кадре вместе. Чтобы показать, как супруги работают над фильмом, потребовался второй оператор. Возможно, они были первой парой, чьи отношения развивались перед камерой.
В лондонском доме, где на экране ноутбука все еще идет «Мисс Гудолл и дикие шимпанзе», мы дошли до сцены мытья волос. Даже сейчас это вызывает у Джейн недовольство: «Я не понимаю, зачем людям смотреть, как я мою голову. Не вижу здесь ничего интересного».
Работа Хуго понравилась редакторам NG. Он добыл наглядные доказательства того, что шимпанзе могут изготавливать и использовать инструменты, строить гнезда и выстраивать иерархические отношения в стае.
Его фотографии и статья Джейн стали главной темой августовского номера журнала за 1963 год. Заголовок гласил: «Моя жизнь среди диких шимпанзе: отважная молодая женщина, зоолог из Великобритании живет среди человекообразных обезьян в Танзании и раскрывает их секреты».
Статья имела фантастический успех. Краткий текст на первой странице, представлявший Джейн, отразил двойственность ее образа в глазах общественности. В одном абзаце ее назвали «современным зоологом», а в следующем — «очаровательной молодой англичанкой».
По мере того как Джейн и Хуго расширяли исследовательский лагерь в Гомбе, у них появлялись идеи для новых фильмов, но в НГО хотели, чтобы главной героиней фильмов была сама Джейн. Джоан Хесс из лекционного отдела писала Хуго: «Очень важно снять несколько кадров с Джейн, на которых она смотрит в бинокль, наблюдает, как шимпанзе лазают, делает заметки и так далее».
Необходимость позировать удручала Джейн, но она отнеслась к этому с пониманием. В своем письме Мелвину Пейну, возглавлявшему комитет НГО, отвечающий за финансирование ее исследований, она писала: «Конечно, я понимаю, что необходимо создать некую историю вокруг моего имени, и мы будем сотрудничать с Джоан». Но когда Хесс приехала в Гомбе, чтобы понаблюдать за съемками, Джейн не смогла удержаться от маленького акта протеста. «Мы наловили жутких пауков и многоножек и выпустили их у ее палатки, надеясь, что после этого она не захочет оставаться надолго», — писала Джейн матери.
В конце 1963 года Джейн призналась друзьям, что они с Хуго «безумно влюблены». В рождественские праздники, которые она проводила в доме своей семьи в Борнмуте на южном берегу Англии, ей пришла телеграмма: «Ты выйдешь за меня? ». Она ответила «да». Свадьбу назначили на 28 марта, через месяц после еще одного важного события в жизни Джейн: ее первой лекции перед большой аудиторией в США.
Джейн немного нервничала, опасаясь выступления в Конститьюшн-холле в Вашингтоне перед 3700 зрителями, но члены лекционного комитета НГО, казалось, нервничали и опасались еще больше. 28 февраля приближалось, и комитет попросил у Джейн набросок ее речи. У нее ничего не было. Желая убедиться, что лекция пройдет хорошо, Джоан Хесс и ее коллеги пригласили Джейн в монтажную, чтобы она отрепетировала свои комментарии во время просмотра фильма. Гудолл вспомнила этот эпизод во время нашего разговора двухлетней давности: «Сотрудники НГО хотели услышать, что я буду говорить. Мне сложно репетировать что-то; слова приходят ко мне, когда я выхожу на сцену. Они все перешептывались между собой: «Может, лучше отменить? Это будет катастрофа! Нельзя, чтобы Национальное географическое общество связывали с этой девчонкой"».
На лекции и презентации фильма в Конститьюшн-холле Джейн рассказала о своих научных открытиях. Она говорила о красоте и спокойствии природы в Гомбе, называла шимпанзе по именам и рассказывала о них как о личностях: описывала Фифи как «проворную и ловкую», а ее старшего брата Фигана — как подростка, «смотрящего на всех свысока».
Говоря о необходимости защиты шимпанзе и запрета на охоту и содержание их в цирке, Джейн рассказывала о Дэвиде Седобородом, благодаря которому она совершила свои важные открытия.
«Дэвид Седобородый полностью доверился людям, — обратилась она к аудитории. — Неужели мы подведем его? Ведь только от нас зависит, смогут ли хотя бы несколько этих фантастических, так похожих на человека созданий продолжить жить в своей естественной среде обитания».


Джейн рисовала шимпанзе шариковой ручкой, а Хуго — снимал на камеру. На собеседовании в НГО в Вашингтоне ему вручили оборудование и поручили сделать несколько снимков города в качестве тестового задания. «Я снимаю животных, а не людей», — ответил Хуго. Редакторы журнала NG все же настояли, и тогда он отправился в зоопарк. Редакторам особенно понравилась его фотография пеликана, и они заключили с ним договор для работы в Гомбе. Наброски предоставлены Джейн Гудолл.
Выступление Джейн стало настоящим триумфом и ознаменовало новый этап в ее жизни. Лекция заинтересовала представителя НГО, отвечавшего за производство телевизионных документальных фильмов.
Так материал Хуго превратился в один из первых фильмов Национального географического общества, транслировавшихся в вечернее время: «Мисс Гудолл и дикие шимпанзе». Закадровый текст читал звезда Голливуда Орсон Уэллс. Когда Джейн и Хуго впервые увидели готовый фильм, их возмутило обилие неточностей.
Даже сегодня во время просмотра Джейн указывает на ошибки: этого леопарда сфотографировал не Хуго, это был снимок из архивов; эта сцена была снята не в Гомбе, а где-то в Серенгети. А когда Уэллс произносит фразу, которая начинается словами: «После двух месяцев бесплодных поисков… », Джейн негодует: «Это неправда, что я не видела ни одного шимпанзе за два месяца. Это абсолютная ложь».
Впрочем, все эти ошибки были значимы только для Джейн и Хуго — картина имела большой успех. Супруги надеялись, что они смогут снять еще один фильм, для которого сами напишут сценарий, однако у сотрудников НГО были свои планы. Они хотели продолжать работу в Гомбе с Джейн, но необязательно с Хуго.
Исследования Джейн, удерживавшие ее в Гомбе, и страсть Хуго к съемкам в Серенгети, расположенном в 600 километрах оттуда, отдалили супругов друг от друга.
Не спас брак и общий ребенок — в 1967-м у пары родился сын, Хуго Эрик Луис ван Лавин, которого родители прозвали Грабом. В 1974 году Джейн и Хуго развелись. В 1975-м она вышла замуж за Дерека Брайцесона, работавшего в правительстве Танзании. Когда Эрику Луису исполнилось восемь, он переехал к бабушке и пошел в школу в Борнмуте.
Дерек и Джейн прожили в браке всего пять лет: он скончался от рака в 1980 году. Хуго ван Лавик умер от эмфиземы в 2002-м.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен

Рекомендуемые

Всего 5 комментариев
Открыть Свернуть Комментировать
Комментарии
OK OK OK OK OK OK OK