я могу , но не скажу
На вершине всегда одиноко.
Дмитрий Игнатов
Все записи
текст

ДРОБНЫЕ РАЗМЕРНОСТИ. ЧАСТЬ 3

Человек молча прошелся по комнате, провел пальцами по тачпаду и оживил «уснувшее» устройство. На экране отобразилось окно текстового редактора с пустым белым листом. Прямо как и вся комната вокруг.
ДРОБНЫЕ РАЗМЕРНОСТИ. ЧАСТЬ3

Если новый жилец и был писателем, то у него явно наблюдались проблемы с вдохновением. Преподаватель опустил на клавиатуру свои пальцы и попытался набрать пару слов, но на электронной странице появилось только нечто бессвязное. «Ижгнезие оснипке».

– Что вы делаете? – поинтересовался молодой мужчина, отходя от окна и сочувственно глядя на результат.

– Ничего… Просто… Оставляю следы.

– Литературное творчество ни в одном из миров не было вашим… – заметил председатель, но остановился на полуслове, опять испытав неловкость из-за своей болтливости.

– Собственно, как и любое другое…

– Обиделись все-таки? Хотите, я дорасскажу вам концовку, пока хозяева не вернулись?

– Как хотите… Я все равно уже разочаровался в своей жизни.

– Напрасно! Совершенно напрасно! – возбужденно проговорил председатель, присаживаясь на подоконник и по-мальчишески легкомысленно болтая ногами. – Ваши сведения не полны, а выводы ошибочны! Как по мне, текущий вариант пока что лучший из всех. Не знаю, случайно или согласно какому-то неизвестному мне закону, но каждый ваш значительный успех всегда сопровождался катастрофическими последствиями. После открытия новой субатомной частицы вы не придумали ничего лучше, как сделать на ее основе бомбу. Взрыв уничтожил планету и разрушил большую часть Солнечной системы. Конец! Объяснив локальное нарушение законов термодинамики, вы не остановили процесс, а позволили всем вокруг превратиться в живых мертвецов, чтобы безраздельно управлять ими. Конец! Даже нежные чувства не стали исключением из этого правила. Боясь расстаться с вашей любовью, вы не решились менять историю, замкнули предопределенную временну́ю петлю и развязали ядерную войну. Вам стоило бы посмотреть в окно квартиры с елочкой…

Заметив, что лицо преподавателя белеет, незнакомец замолчал, слез с подоконника и, вновь приняв свою военную выправку, с искренним сожалением посмотрел на человека.

– Кем бы вы ни были, вы повышаете ставки. Минуту назад я думал, что ничего не способен сделать. Теперь же, как выясняется, что бы я ни сделал, получается бомба…

– Простите, – неловко проговорил председатель. – Я недостаточно изворотлив для демона и недостаточно тактичен для ангела, не так ли?

– И недостаточно изобретательны для Дэна Брауна.

– Вероятно… Это слишком сложная отсылка. Читатели не поймут.

– Какие еще читатели? Здесь есть еще кто-то? Такие же, как вы?

– Мы все читатели каких-то книг. И сами чьи-то книги, – незнакомец пожал плечами. – Вам просто хочется подобрать для меня подходящее определение…

– Вы слишком много болтаете! – прервал незнакомца ученый, ощущая, как усталость и разочарования быстро превращаются в раздражение. – Слишком много болтаете для председателя ТСЖ. И слишком много болтаете обо мне. Но ничего не говорите про себя. Я просто хочу знать, кто вы.

– Сложно сказать… Вот вы можете сказать про себя, кто?..

– Отвечайте! – бесцеремонно оборвал собеседника человек, делая шаг вперед, словно собираясь напасть. Но это было так убедительно, что председатель рефлекторно сделал шаг назад.

– Мне проще объяснить, кем я был…

– И кем же? – продолжил наступление преподаватель.

– Капитаном корабля.

– Так. И что же с ним стало?

– Он утонул… Разбился.

– Да?

– Да. Много раз. Я не помню сколько.

– Почему?

– Потому что всему суждено повториться. Из-за вас. Из-за меня. Так предопределено. И так правильно. И это место – единственный выход. Единственный островок, где время не ходит по кругу.

– Вы говорите о мнимом времени Хокинга? Оно реально?

– Я не знаю… – Незнакомец устало вздохнул.

– Ах, да… Вы же не математик и не физик… И что же дальше, о, капитан, мой капитан?! – Теперь уже голос ученого зазвучал издевательски.

– Вы читали историю о Тесее?

– Про корабль?

– Нет… Про минотавра. Ариадна дала Тесею нить, смотанную в клубок, при помощи которой он нашел выход из лабиринта.

– И?! – по-прежнему раздраженно спросил человек, почему-то представил спутанный моток китайской гирлянды.

– Кто знает, вдруг эта древняя история имеет иносказательный смысл. Если задуматься… Лабиринт простирался на тысячи метров. Как клубок мог обладать такой огромной длиной? Возможно, нить была упакована во фрактал вроде снежинки Коха… Конечная площадь с бесконечным периметром… – Незнакомец сделал длительную паузу, чувствуя, что за своими пространными рассуждениями сам вот-вот потеряет нить своей мысли. Пытаясь вспомнить, зачем он вообще заговорил про минотавра, мужчина в форме надолго уставился в пол, а потом поднял глаза. – Хотите знать, кто я? Я вдруг понял… – Его взгляд стал пустым и одновременно удивительно спокойным и безмятежным. – Призрак ненаступившего Рождества.

Ничего не ответив, человек оставил незнакомца и решительно пошел вверх по лестнице. Подниматься всегда сложнее, но он не обращал внимания на напряжение в мышцах. Его голова была занята обратным отсчетом: 13, 8, 5, 3… Все вдруг выстроилось в систему, которую он представлял предельно точно. Однотипные лестничные площадки и двери больше не казались бесконечными копиями друг друга. Нет… Все они отличались. Каждой в мозгу ученого был намертво приколочен свой индекс. Свой порядковый номер, позволяющий безошибочно понять, в какой точке этого безумного пространства он находится в данный момент. Что помогало ему? Математические способности? Феноменальная память? Так ли важно… Вот и первая остановка. Чуть менее обшарпанная дверь, чуть более запыленная лампочка. Книги… Бумаги… Меловая доска. Какая щепетильность. Его коллега аккуратно переписывал свои расчеты аккуратным почерком. Но даже тут было видно, как он второпях путал и исправлял знаки. Математики часто слабы в арифметике. Чего уж говорить о физиках. Легкими постукивающими движениями человек перечеркнул в разных частях доски размашистые «минусы», превратив их в «плюсы», а потом еще стер по одному слагаемому в двух строчках. Расхождение в сумме теперь всплывет не раньше чем через пять-шесть страниц выкладки. Ошибку будет найти довольно сложно.

Довольный собой, преподаватель еще раз окинул взглядом место своего подлого преступления и заторопился дальше. Перепрыгивая через ступеньки, он добрался до второй точки своего маршрута. Дверь с двумя замками. Лампочка, которую кто-то недавно поменял. Желтоватый полумрак… Радиодетали… Старые журналы. Зачем они? Искать в них вдохновение? Ну, конечно… Писательство никогда не было его сильной стороной. Все дело в излишней практичности, недостаточной фантазии, жадной до чужих идей. Человек принялся перебирать стопку, перелистывать страницы… Что он мог там искать? Что сумел внезапно обнаружить? На развороте возникла громоздкая, но впечатляющая схема с описанием преимуществ супергетеродинного приемника. На миг человеку почудилось, что не он сам, а его здешний коллега смотрит сейчас на эти страницы. Ученый уверенно вырвал серединку журнала, плотно смял бумагу и сунул в карман. «Так, еще один апокалипсис отложен…».

– Блестяще! – возникла в дверях вытянутая фигура в форме. – Смотрю, вы не теряете даром своего мнимого времени. Нашли себе развлечение по душе… – Председатель подошел к полкам с радиодеталями. – Не желаете позаимствовать что-то помимо журнальных вырезок? Воровать у самого себя – совсем не стыдно. А тут есть всякие интересные и полезные штуки…

Не говоря ни слова, человек покинул квартиру и дальше зашлепал тапками вверх по бетонным ступеням. Гостеприимную квартиру № 9 среди множества точно таких же квартир № 9 оказалось найти проще всего. Вымытая плитка на полу, светодиодная лампочка под потолком, поновленная краска на приоткрытой двери, аромат домашней готовки и теплый свет изнутри. Из кухни все так же раздавался звук посуды, а в мягком диване, развалившись, сидел капитан-председатель с книжкой в руках. Вот только на столе прибавилась объемная лоханка с оливье и Лукашин по телевизору уже отпускал шутку про «какую гадость заливную рыбу».

– Уже вернулись? Кажется, вы стали тут неплохо ориентироваться, – отметил председатель, перелистывая страницу. – Не желаете попробовать салат? Ваша супруга готовит его исключительно вкусно.

Не слушая болтливого незнакомца, преподаватель метался взглядом по интерьеру и пытался так же быстро соображать. Ему нужны были подсказки. Он давно понял, что это походило на ребус. На задачу обратного инжиниринга. Видя итог своих действий, пытаться проследить ход собственных мыслей. Парусник в рамке на стене. Книжные полки. Телевизор. Диван. Парусник. Книжные полки. Парусник. Снова этот проклятый корабль. Человек почувствовал, что от напряжения его голова идет кругом.

– Ваш порыв похвален, но совершенно бесполезен, – поверх звука фильма зазвучал тихий голос председателя. – Я не случайно предлагал вам взглянуть в окно.

Поколебавшись немного, ученый все-таки отодвинул плотную штору. И не увидел там ни желтоватых фонарей, ни искрящего в их лучах снега, ни мерцающих квадратов, расцвеченных гирляндами окон. Пространство двора тускло освещалось только одним окном. Тем самым, в которое сейчас смотрел человек. Сквозь пролетающий снег проступали силуэты домов, давно покинутых жильцами.

– Все уже случилось… Больше десяти лет назад. Здесь вам ничего не удастся изменить. Время упущено.

Преподаватель машинально посмотрел на круглые настенные часы и следом машинально, подчиняясь привычке сверять показания, – на свои. По неясной причине, его хронометр все еще отсчитывал секунды в обратном направлении. Разумеется, он ничего не понимал и ничего не мог исправить. Но, как говорил капитан-председатель, обитатели квартиры преуспели по части подчинения времени. Возможно, они и правда считали все предопределенным и поэтому не вмешались в ход своей истории. Пусть так. Но ведь тогда и его появление тут было предопределено. Значит, и он имеет право на попытку. Попытку сказать, что ничего еще не закончилось.

Человек снял часы с руки и положил на телевизор, где уже тронулся вагончик и состав отправился на Тихорецкую. Возможно, теперь эти двое догадаются, придумают, найдут какое-то решение или даже это странное место, открывающее дорогу возможностей ко всем вариантам. Он еще раз оглядел обстановку и тихо удалился. Больше здесь делать было нечего.

Последний подъем дался ему особенно тяжело. Ноги гудели с непривычки. Жаль, что архитекторы «хрущевок» не предусмотрели лифты. По всей видимости, тогда они не могли предположить, что шедевр минимализма, вышедший на их кульманах, когда-нибудь будет использован непонятно откуда взявшимся безумцем, чтобы воссоздавать пространства дробных размерностей. Несколькими пролетами выше человек окончательно выбился из сил. Запыхавшись, он оперся руками на старые перила и вдруг увидел до боли знакомую вытертую ногами коричневую плитку. Все было на месте. И лампочка, и электрощиток, и дверь. И даже цифра девять, черной краской нарисованная на алюминиевом ромбике. Вот только проклятый Эшер в рамке. Он был здесь лишним.

Человек сделал шаг и, протянув руку, снял со стены глумливую картинку и с силой швырнул ее вниз – в темноту между бесконечными пролетами. На старой штукатурке тотчас же возникла тонкая трещина. От стены отошла скрытая внутри дверь. Преподаватель отчаянно ухватился кончиками пальцев за край и отворил ее. Небольшое квадратное помещение впереди, заканчивающееся второй дверью. Какая-то пара шагов до своего привычного мира.

– Уходите не прощаясь? – прозвучал сзади надоедливый голос. Даже не глядя на председателя, человек понял, что тот снова улыбается.

– Прощайте, капитан… Председатель… Дух… Кем бы вы там ни были.

– Я пока не определился с метафорой. А вы?

– А мне все равно! – обернувшись, отрезал человек. – Я ухожу.

– Разве вам больше не интересно? Вы уже нашли ответы на все вопросы? Можете сказать, кто вы? – В вопросах незнакомца читались тоска и робкая надежда.

– Я могу сказать, кто я… И я был им всегда. Я человек, который разрушает миры!

Выпалив это, он шагнул в темное пространство между стенами, толкнул ногой дверь и скрылся на своей привычной трехмерной площадке.

– В таком случае вы еще вернетесь, – удовлетворенно произнес председатель и медленно пошел вниз по лестнице. В его хозяйстве было слишком много разных дел. Взять хотя бы лампочки. Вы же не думаете, что они горят сами по себе? Даже чтобы поменять одну, нужна пара рук. А что если необходимо поменять все? Да и о самих жильцах хорошему председателю ТСЖ забывать никак нельзя. А он, в конце концов, был отличным председателем. Настолько, что некоторым из них даже дарил подарки.

Человек проснулся на своей старенькой тахте. Уже светило солнце. Снаружи поблескивал налетевший на рамы снег. С трудом поднявшись, уставший преподаватель обнаружил на своем столе аккуратно разложенную гирлянду, которую, кажется, еще вечером забросил в угол. Он осторожно вставил вилку в розетку и, убедившись, что все цветные лампочки исправно горят и перемигиваются, решил повесить их на окно. А почему бы нет? Новогодние праздники все-таки.

Иллюстрация: AMUTI, dribbble.com


Коротко

Машины и Механизмы
Всего 0 комментариев
Комментарии

Рекомендуем

OK OK OK OK OK OK OK