Валентин
я могу рассказать
Не сотвори себе кумира
Валентин Сапунов
Все записи
текст

Любовь в филогенезе

"ММ" №04/91 2013, с. 70

От редакции:

Любовь и семейные ценности – очень сложная тема: с ней легко скатиться в банальности, но трудно сказать что-то новенькое. У нашего нового автора, кажется, получилось второе. Материал едва ли можно назвать научным исследованием – скорее, это наблюдения, которые не только дадут нашим читателям пищу для ума, но и заставят улыбнуться (а может, и поспорить!).

 

Все бабы дуры, все мужики идиоты.

Народная мудрость

 


Человеческое сознание устроено так, что о сложнейших вещах люди рассуждают легче и охотнее, чем об элементарных. Скажем, об элементарной единице наследственности – гене – могут разумно говорить только специалисты. А вот о высоких чувствах вроде любви готов рассуждать каждый. Между тем, в любом проявлении высших чувств участвует и множество элементарных единиц наследственности, и множество других элементарных сущностей, природа которых покрыта мраком даже для великих ученых. Я предлагаю благосклонному вниманию читателей «ММ» подход (точнее, попытку подхода) к анализу высших эмоций с опорой на понимание их элементарных основ. То есть – от простого к сложному.

 

Мы поговорим о любви с позиций точных наук. Краеугольные камни, на которые мы будем опираться, следующие:

– социальная биология, заложенная в конце XIX века работами Фрэнсиса Гальтона (Francis Galton), Чезаре Ломброзо (Cesare Lombroso) и их коллег, и рассматривающая человека во взаимодействии его социальной и биологической составляющих;

– теоретическая биология пола, созданная советским инженером Вигеном Геодакяном, генетиком Владимиром Эфроимсоном и некоторыми другими учеными.

Эти разделы науки в некотором роде стали основой теоретической сексологии. Уточню сразу, что к сексу это имеет примерно такое же отношение, как проблема снежного человека к снегу.

Приведем теоретические положения. Правило полового диморфизма онтогенетическое: в ходе индивидуального развития – онтогенеза – сначала формируются признаки, свойственные женскому полу, потом – свойственные мужскому. Правило полового диморфизма филогенетическое: все новые признаки сначала формируются у особей мужского пола, затем – женского. 

 

 


Направление полового диморфизма – компас эволюции. Если мужчины в среднем выше, чем женщины, значит, человечество будет расти. Болезни, которые будут распространяться в популяции, более свойственны мужчинам. Если в Европе СПИДом болеют, в основном, мужчины, значит, болезнь будет распространяться. Когда среди больных будут преобладать женщины – болезнь пойдет на убыль.

То же относится и к профессиональной деятельности. Если ныне большинство программистов мужчины – значит, компьютеризация не завершилась. Она завершится, когда программистов и программисток станет поровну. Когда программисток станет больше, можно будет ожидать отмирания компьютеров и появления принципиально новой техники.

 

Один из узловых моментов социобиологического подхода состоит в признании принципиальных отличий между мужчинами и женщинами. Отличия вытекают из их разной роли в системе выживания вида Человек разумный. Мировую литературу, драматургию, кино и прочие средства формирования общественного мнения определяют, в основном, мужчины. В результате в общественном сознании доминирует мужской взгляд на мир и отношения в обществе. Миропонимание типичной женщины остается в тени. Из этой односторонности формируются мифы относительно высших эмоций. Назовем некоторые из них:

– миф о взаимной любви, к которой должна стремиться каждая любящая пара;

– миф о том, что любовь – это эмоция, обеспечивающая стабильность семьи.

Результаты многолетней работы этих мифов – самые плачевные. Молодые девушки мечтают о браке по любви и ждут, когда сами полюбят молодого человека. И невдомек им, что взаимная любовь превращает пару в подобие инертного газа, где все валентности завязаны друг на друга, где невозможны никакие реакции и, соответственно, развитие всей системы.

Когда Бог создавал человека, он не ставил задачу сделать его счастливым. Задачи у Бога были поважнее: обеспечить устойчивость существования сферы жизни – биосферы, и сферы разума – ноосферы. Задача была выполнена: и та, и другая сфера оказались предельно устойчивыми. Но достигается это дорогой ценой – в частности, иерархией механизмов выживания. Поясним эту мысль, обратившись к рисунку.

 

Вселенная структурно бесконечна. Живое ограничено сверху уровнем биосферы, снизу – молекулярным. На уровне атомов свойств живого уже нет. Атомы в живых и неживых системах одинаковы. Социальная организация имеет высший структурный уровень – ноосферный. Низший – уровень личности. Читатели «ММ», разумеется, знают о предполагаемом существовании биосфер и ноосфер на других планетах, но эти возможности пока не подтверждены наукой, поэтому не будем их рассматривать. Пусть фантасты рассуждают об Аэлитах и возможности любви между представителями разных миров. Мы же поговорим о другом.

Одно из условий несокрушимой устойчивости биосферы и ноосферы – иерархия механизмов гомеостаза. Каждый более высокий уровень организации отстаивает себя, отбрасывая элементы более низкого уровня. Биосфера сохраняется, избавляясь от менее приспособленных экологических систем и видов. Виды сохраняются по законам естественного отбора, теряя в борьбе за существование менее приспособленных особей. Организм выживает, избавляясь от менее нужных на данный момент тканей, органов и клеток. Когда мы подхватываем инфекцию, в борьбе с ней гибнут миллионы наших лейкоцитов. И мы не справляем панихиду по каждому из них.

 


Любовь – эмоция, связывающая популяционно-видовой и семейный уровень организации. Функция этой эмоции – обеспечить оптимальную структуру и выживание вида через отстранение от размножения или ликвидацию менее приспособленных особей. Место этой эмоции в структуре Вселенной указано на рисунке.

Юноша в возрасте 16–20 лет должен полюбить девушку – так заложено эволюцией и потребностями вида. Если он этого не сделает, ему место в психбольнице. Девушка должна отвергнуть молодого человека – это ее миссия в системе выживания вида и сохранения генофонда. Она этого не сделает в двух случаях: либо почувствует чисто меркантильную заинтересованность в дружбе с богатым и перспективным юношей, либо она психически больна. Пережив отказ возлюбленной, юноша, если он нормален, должен погоревать и активно включиться в социальную деятельность, дабы показать, какого замечательного человека отвергла неразумная. Та уже давно забыла о молодом человеке, но обществу его активность может пригодиться. Если юноша ненормален – он может на почве несчастной любви (а другой, в принципе, не бывает) покончить с собой. Так в каждом поколении поступает 1–2% молодых людей, имеющих склонность к суициду на почве шизофрении. В этом тоже есть логика: общество освобождается от сумасшедших. Так что любовь – это лишь один из механизмов выживания вида, возникший не ради удовольствия отдельных особей, а ради интересов популяции.

Как уже отмечалось, мировую литературу создают мужчины. А все мужики (включая автора данных строк), как известно, идиоты. Книги, написанные женщинами, достойны внимания. Перечитаем классические произведения Гарриет Бичер-Стоу (Harriet Beecher Stowe) «Хижина дяди Тома», Этель Войнич (Ethel Voynich) «Овод», добавим сюда не очень известную, но интересную эстонскую писательницу Эме Беэкман (Aimee Beekman), которая поставила своей задачей раскрыть психологию современной эмансипированной женщины. Тема отношений между полами этими писательницами затрагивается – куда же без них. При этом в их произведениях нет даже намека на высокие чувства, которые могут испытывать женщины по отношению к мужчинам. Этот малореальный эмоциональный вектор встречается у авторов-мужчин: над такими сюжетами доминирует заблуждение о возможности взаимной любви, а таковой на свете не бывает. Почти не бывает.

 

Как бы ни были глубоки заблуждения, но когда за перо берется талантливый писатель, дарование нередко оказывается выше индивидуальной ограниченности творца: возникает правдивая картина реальной жизни.

Западноевропейская литература, восходящая к рыцарским романам, дает увлекательные схемы разворота событий, в которых действуют не реальные люди, а заводные манекены. В большинстве таких произведений сюжет оказывается стереотипным. Любовная интрига крутится в пределах треугольника: благородный юноша, прекрасная дама и коварный негодяй. Юноша влюбляется в даму, та отвечает ему взаимностью. Коварный негодяй, не имеющий ни одного положительного качества, делает им всевозможные пакости. В конце концов все заканчивается хеппи-эндом и свадьбой положительного героя и прекрасной дамы. Предполагается, что дальше их жизнь будет светлой и безоблачной. Хотя, по большому счету, жизнь после свадьбы только начинается.

Русская литература всегда отличалась от западной. Она выводила не схематических персонажей, а реальных людей. Величайшим ее произведением остается «Война и мир» Льва Толстого. Здесь на фоне исторических событий рисуются любовные переживания героев. Прекрасной и вполне реальной дамой оказывается Наташа Ростова. В нее последовательно влюбляются положительный Андрей Болконский, затем тоже положительный, хотя и дурковатый, Пьер Безухов. Наташа, как и всякая нормальная женщина, достаточно равнодушно смотрит на своих горячих поклонников. Толстой-мужчина наверняка хотел, чтобы Наташа кого-то из них полюбила. Но Толстой-гений знал, что такого не бывает, и описал то, что может быть.

 

 

Возьмем бессмертную пьесу  Шекспира «Ромео и Джульетта». Уже давно обсуждается вопрос о подлинном авторстве произведения: многие историки и филологи считают, что Шекспир был подставной фигурой. За отсутствием материала развивать эту тему не будем. Возможно, пьесы действительно писал не Шекспир. Но подлинный автор «Ромео и Джульетты», бесспорно, гениален.

Шекспир (или кто-то другой под его именем) как человек, мужчина, актер стремился к созданию возвышенной картины. Шекспир как гений – протестовал против нереального сюжета и показывал правду. Непредвзятый анализ текста приводит к неизбежному выводу: Джульетта была психически больной девушкой. На протяжении доброй половины пьесы она говорит о самоубийстве, обсуждает все связанные с этой акцией детали. Склонность к суициду – верный признак психопатологии.

Ромео вполне мог полюбить подругу и из-за своих чувств не видеть ничего вокруг: судя по всему, он был неврастеником и психопатом, но не в самой тяжелой форме. Возможно, его мать была фригидной дамой с гиполактией: при нехватке материнского молока центры возбуждения в мозгу ребенка начинают доминировать над центрами торможения. Он тоже покончил с собой, но без длительной подготовки, в состоянии аффекта. Теоретически он мог быть психически почти нормален, но про его возлюбленную такого сказать нельзя. Если бы герои Шекспира остались живы, то престарелая Джульетта наверняка кончила бы жизненный путь в таком замечательном учреждении, как лондонский приют для душевнобольных имени святой Марии Вифлеемской, впоследствии названный Бедламом.

 

Еще один из шедевров мировой любовной классики – «Таис Афинская» Ивана Ефремова. Таис Афинская, по Ефремову, – воплощение идеальной женщины. Она была эллинской гетерой, известной красотой и умом. Ее жизнь прошла в роли содержанки двух императоров – Александра и Птолемея. Соответственно, работой и выполнением семейных обязанностей она не была обременена, потому могла всю жизнь стремиться к совершенству. Отсюда – мягкий покладистый характер. Лишь изредка ее невинные желания отвергались бойфрендами: например, когда она, мило улыбаясь, порекомендовала Александру отрубить голову философу Аристотелю. Но даже этот отказ Таис пережила без сцен, до которых, безусловно, опустилась бы дама попроще. Постоянные семейные обязанности не дают женщине раскрепоститься в полной мере – такую истину проповедовала Таис. Во всяком случае, когда Александр Македонский предложил ей наконец оформить устоявшиеся отношения в виде законного брака, она отказалась, разумно решив, что какой-то императоришко – это слишком мелко для столь дорогой женщины. Никаких намеков на высокие чувства Таис по отношению к ее мужчинам в романе нет. Единственный любовный вектор – это чувства к подругам, замешанные на лесбиянстве.

По большому счету, последний роман Ефремова, полностью не опубликованный при жизни, – это сказка, содержащая в себе большую правду и серьезные намеки на реальности всех времен и народов. Кроме того, это прекрасная модель для понимания психологии женщины. Можно привести серию аналогичных образов из более близких к нам эпох – таких прославленных красавиц, как мадам Помпадур, Инесса Арманд, Ева Браун, бравших в поклонники самых знаменитых и влиятельных политиков своего времени. Но и для понимания системы ценностей обычных женщин книга Ефремова в высшей степени полезна.

 

Люди мало меняются от эпохи к эпохе. Но обстоятельства, в которых проявляются обычные человеческие эмоции, меняются. И это прослеживается на примере эволюции семьи. Возьмем историю России. Традиционная русская семья до ХХ века была крепкой. Разумеется, разводы существовали, но основания для них предполагались самые серьезные. Такую причину, как «не сошлись характерами», дореволюционные суды не принимали. Однако люди были примерно такие же, как сейчас – просто обычные человеческие чувства проявлялись в другой социальной обстановке.

Женщине мужчина нужен в той степени, в которой он необходим для удовлетворения биологических потребностей потомства. В крестьянском быту мужик действительно был необходим. Жизнь была тяжелее, чем сейчас, и выживать приходилось сообща. А эмоции в семье угасали очень быстро, о чем прекрасно повествует классическая русская литература. Муж, чтобы реже видеться с постылой женой, загуливал. Жена ждала его у входа в избу с кочергой, скалкой или другим удобным предметом. Возникали пословицы и поговорки, унижающие человеческое достоинство: «Не бьет, значит, не любит», «Милые бранятся – только тешатся». В дворянском быту ситуация была ненамного лучше, а о том, что творилось при царском дворе, написано достаточно. Не будем вновь листать эти не самые красивые, но реальные страницы истории.

В ХХ веке, в период научно-технической революции, ситуация во многом изменилась. Но люди изменились мало. В наши дни качество удовлетворения биологических потребностей ребенка часто никак не зависит от наличия в семье мужа. Более того, он даже вроде как мешает. Растущему организму нужно место в квартире. Проблема с жильем до революции в деревне решалась просто: увеличилась семья – мужики берут пилы и топоры и ставят новую избу. В наши дни жилье надо купить. Денег на эту покупку большинство граждан современной России не в состоянии заработать за всю жизнь. Так что, когда ребенку приспевает нужда в жилплощади, самое простое, что может сделать жена на пару с тещей, – выгнать мужа из дома или довести его до инфаркта. И их нельзя в этом винить – это их функция в системе выживания вида Человек разумный.

 


Дисгармония отношений между полами закладывается в ранней молодости. Девушки любят читать любовные романы, которые пишут недотепы-мужчины. Начитавшись сказок о взаимной любви, девушка ждет мужчину, которого по-настоящему полюбит. При этом она не понимает (ведь все бабы дуры) законов психологии и эволюционной биологии. В соответствии с ними она не может (или почти не может) полюбить молодого человека. А если и полюбит, то где-нибудь годам к сорока.

Чисто теоретически женщина может полюбить мужчину, и изредка возможен почти удачный брак. Американский социолог Дэйл Карнеги долго искал такой брак для своих научных выкладок и, в конце концов, нашел: это вариант, когда жена старше мужа на 15 лет. Подобная коллизия возможна: в этом случае у женщины включается материнский инстинкт – и она смотрит на супруга как на представителя следующего поколения, которое ей, по эволюционной роли, необходимо опекать. Такие браки бывают не только успешны, но и значительны для мировой истории. Один из самых известных случаев – когда в 584 году в Аравии богатая и относительно умная 40-летняя женщина по имени Хадиджа вышла замуж за 25-летнего бедного приказчика. Его звали Мухаммед. Поняв особое предназначение молодого мужа, она смело вкладывала все свои средства в его предприятия. Так с помощью немолодой жены Мухаммед смог потрясти Восток, основать новую религию – ислам, объединивший кочевые племена бедуинов в мощное централизованное арабское государство. Впрочем, не будем из частного случая делать далеко идущих выводов.

Обратная ситуация – 50-летний богатый и успешный мужчина расстается с надоевшей женой и берет себе 20-летнюю игрушку. Для нее все внове, для него – вторая молодость, и в какой-то момент возникает гармония отношений. Кончается это известным образом. Повзрослевшая  женщина в 35–40 лет выгоняет надоевшего и уже неперспективного старика из дома и «прихватизирует» его имущество.

 

Попробуем дать определение. Любовь – высшая эмоция, обеспечивающая выживание и оптимальную генетическую структуру вида Человек разумный ценой определенного морального и физического ущерба (и даже уничтожения) отдельных «влюбленных» особей. В ходе эволюции посредством естественного отбора выработались векторы этой эмоции: от мужчин к женщинам, от женщин к потомству. Все остальные векторы выражены в более слабой степени. При этом женщины, не испытывая серьезных чувств к мужчинам, терпят их в той степени, которая необходима для обеспечения биологических потребностей потомства. Может быть, если мы приблизимся к пониманию истинной сущности высших эмоций, процесс развала семьи, активно шедший в ХХ веке, удастся повернуть вспять? Я не ставлю на этом точку, а предлагаю читателям обдумать этот вопрос.

 

Читать эту статью можно в онлайн версии журнала «ММ»:

 http://www.21mm.ru/?mag=91#070


Всего 0 комментариев
Комментарии
OK OK OK OK OK OK OK
Яндекс.Метрика