Ольга
я могу Слушать и слышать
Начиная в неудаче виноватого искать, опасайся слишком близко приближаться к зеркалам
Ольга Иванова
Все записи
текст

Уши врозь, в носу – кольцо

"MM" № 1\124 2016, с.26

Обычаи бывают разные – забавные и леденящие душу. Когда люди, которые «с нуля» знакомятся с культурой (маленькие дети или иностранцы), поражаются какому-то обычаю: «Зачем? Почему?!» – носители этой культуры порой могут ответить лишь: «Потому!» И это самый правильный ответ. В основе любой традиции – не авантюрная идея далекого предка, а вековой опыт социальной группы, который отшлифовал схему действий для какой-то ситуации. Смысл, заложенный в традициях, гарантирует верность этой схемы, так что они позволяют не искать всякий раз решение некой культурной задачи, а брать готовый «трафарет». Традициям надо просто верить – они созданы специально для того, чтобы их не приходилось осмысливать. Но мы все же сделаем такую попытку.

 

Свадьба: Мадрас и бревно в постели

 

Индусы – как женщины: сначала придумывают себе немыслимые препятствия, а потом с успехом их преодолевают. Взять хотя бы традицию в штате Пенджаб, которая запрещает дважды женатому мужчине вступать в третий брак. А вот в четвертый – пожалуйста. То же самое в Ченнаи (Мадрасе), где младшему брату нельзя жениться раньше старшего. И, чтобы обойти запрет, мужчина женится… на дереве. А чтобы избавиться от такой «супруги», дерево срубают. Вуаля, мужчина – вдовец. Может жениться на ком хочет.

В Кении мужчин после свадьбы наряжают в женскую одежду. В ней счастливый новобрачный должен проходить минимум месяц – считается, что только так он сможет прочувствовать все тяготы женской доли.



А в Центральной Нигерии «издеваются» над будущими женами. Их помещают в специальные хижины – для откорма, и в течение долгих месяцев матери приносят невестам мучные изделия в сумасшедших количествах, чтобы те располнели: толстая женщина в Нигерии – красотка.

На греческой свадьбе молодая жена старается оттоптать пятки мужа. Если ей это удалось, у нее есть все шансы стать главой семьи. А еще в Греции в первую брачную ночь у молодоженов появляются дети: их пускают помять постель, чтобы у молодых все сложилось, как надо.

 

Обряды посвящения, инициации, рождения и похорон характерны для всех народов. Чтобы перейти в новое качество, нужен символ – ритуал. Это свойство магического мышления, характерного для любых архаических верований: так «спокойнее». Исполнишь ритуал – угодишь богам, угодишь богам – получишь защиту. Любые ритуалы, обычаи и традиции переполнены символами перехода в иное качество. Фата, к примеру, символ… смерти. Невеста закрывает голову и лицо фатой и как бы «умирает». Умирает как беззаботная девушка и рождается как жена и мать семейства. Неправильно думать, что обряды не нужны. Даже для самых просвещенных людей они играют важную психологическую роль, подготавливая к новой жизни. Или к смерти.


 

Похороны: Тибет и небеса

 

Для святых и иже с ними в Тибете действует своя система погребения – бальзамирование и покрытие золотом. Для простых смертных возможны четыре варианта: небесные, водные, древесные и земляные похороны. Главная идея – тело вернуть природе, а душе позволить освободиться (для взрослых), или, наоборот, сохранить тело как вместилище души (для детей).

В земле хоронят только детей до 14 лет. Тибетцы считают, что детская душа может испугаться резкого перехода в загробный мир и «затеряться» между смертью и будущим рождением. Поэтому тело надо сохранить, чтобы переход был постепенным.



Самые «ходовые» похороны – небесные, или bya gtor, что в переводе с тибетского – «разделенный птицами». После смерти человека усаживают в позу эмбриона, а лама читает над ним сутры из тибетской Книги мертвых. Через три дня покойника уносят на специальную площадку в горах. Здесь люди, исполняющие ритуал, – рогьяпы – делают на его теле глубокие надрезы, чтобы облегчить задачу стервятникам. После того, как от трупа остаются череп и кости, их дробят на мелкие кусочки, дабы птицы могли завершить начатое. Очень быстро от человека не остается почти ничего. Здесь верят, что чем меньше оставили птицы, тем безгрешнее был усопший.



Водное погребение используется реже из-за трудоемкости. Принцип тот же: тело измельчается, смешивается с цзампой – пережаренной ячменной мукой – и скармливается рыбам. Кстати, именно поэтому тибетцы не едят ни рыбу, ни птицу: это, мол, все равно что есть покойников.

На деревьях хоронят мертворожденных, тело которых пропитывают соляным раствором, а затем помещают в клетку и вешают ее на дерево. Это позволяет надеяться, что семью больше не постигнет подобная беда.

 

Такие обычаи, конечно, связаны еще и с банальными особенностями ландшафта. Скалистые горы тверды, как корунд, – могила здесь попросту роскошь, а дрова для кремации дороги, как миллиграмм антивещества. Но главное – это вера. Человек должен приносить пользу, даже когда умирает. Так что его последнее предназначение – накормить голодных. Почему бы и нет?

 

Рождение: Индия и цветы жизни

 

И снова Индия: там младенцев сбрасывают с высоты. Высота – метров 15, место действия – балконы храмов, возраст несчастных – до года. Перед «полетом» ребенка еще и хорошенько трясут, добиваясь душераздирающего плача. Внизу уже ждут счастливые родственники с натянутой простыней. Приземляются все, и, по неофициальной статистике, последние 500 лет ритуал обходится без жертв. Насмерть перепуганных орущих младенцев пускают по кругу рук радостной толпы незнакомцев, которые пришли, чтобы поцеловать сброшенного ребенка, – считается, что это приносит счастье.



Не во всех традициях все заканчивается так хорошо. Например, в африканском племени хамер верят: если первым у младенца прорезывается верхний зуб – ребенок «пришел от дьявола», и он принесет племени несчастье. Поэтому однажды ночью за малышом приходят. Несколько мужчин уносят его в лес и оставляют там одного.

Аборигены в лесах Амазонии до сих пор задабривают своих богов, закапывая детей заживо – тысячами каждый год. Несколько лет назад стало известно, что ритуальные убийства детей до сих пор практикуют в Уганде, только сейчас это религиозное действо превратилось в коммерческое.

 

Принесение в жертву детей (часто – любимых или единственных в семье) с целью умилостивить богов существовало в свое время у майя, ацтеков и инков, в Вавилонии, Финикии и Карфагене… Есть разные взгляды на истоки жертвоприношений, и ни одна из теорий не объясняет разнообразие таких обрядов и их мотивов: это может быть и задабривание бога, и общение с ним, и способ искупить грехи или накормить умерших, и тотемическое «причащение». Возможно, человеческие жертвоприношения появились вместе с признанием священности крови, которая воплощает жизненную силу. Также они связаны с культом плодородия, поэтому более характерны для мирных народов-земледельцев.

 

Инициация: Мардуджара и обрезание

 

Самые страшные традиции посвящения мальчиков в мужчины распространены в Африке, Океании и Амазонии. Мавры из племени масаев проводят по этому случаю обряд обрезания, а в Эфиопии и Кении обрезают еще и девочек.

Но что такое обычное обрезание по сравнению с тем, что приходится пережить австралийским аборигенам мардуджара! Для начала подростку выбивают один передний зуб и прокалывают перегородку между ноздрями. После этого он считается мертвым – символически, на самом деле ребенок все чувствует. Потом следует собственно обрезание. Но это не все: пока мальчуган сидит в полуобмороке, старейшины заставляют его открыть рот, чтобы съесть «хорошее мясо». Им, конечно, является только что отрезанная крайняя плоть, которую он должен проглотить. Тогда все говорят, что он съел «своего мальчика», и довольные расходятся, чтобы через несколько месяцев сделать несчастному субинцизию – рассечение пениса (правда, не полное, а лишь с одной стороны). Сегодня этот жуткий обряд медленно исчезает.


 

У манданов (индейского племени, которое вымерло почти целиком в 1838 году от оспы) существовала окипа. Перед церемонией мальчишки не ели и не пили в течение трех-четырех дней. Потом их отводили в хижину, где надрезали им кожу на груди и плечах, а под мышцы засовывали длинные деревянные спицы. На этих «шампурах» детей подвешивали под крышей, а в руки и ноги вбивали еще несколько спиц, прикрепляя к ним что-нибудь потяжелее. Да, и во время обряда юноши должны были улыбаться – пока не потеряют сознание. После этого мальчишек снимали (спицы из мышц не вынимались). Очнувшись, страдальцы предлагали старейшинам жертву – свои левые мизинцы. Те охотно принимали: отрубленный палец считался даром богов, которые с этого момента будут помогать молодому человеку стать хорошим охотником. Остаток дня юноши бегали внутри образованного соплеменниками кольца. Святой обязанностью последних было дергать за спицы, вставленные в спины и конечности инициирующихся.

 

Как заставить строптивых юнцов слушать старших и подчиняться законам племени? Как сплотить их, подавив индивидуальность? Только через общее страдание. В «цивилизованных» странах юноши проходят армию, в традиционных обществах – жестокие обряды инициации.

Что касается обрезания – по мнению некоторых исследователей, когда-то эта процедура была призвана заменить языческий обряд человеческого жертвоприношения.

Возможно, самые первые обрезания делались в гигиенических целях, в условиях антисанитарии засушливых районов. Спустя столетия гигиенический смысл процедуры поблек, она сакрализовалась и стала распространяться там, где имела уже только ритуальный смысл, и в таком виде остается весьма популярной в современном цивилизованном мире.

 

Агхори и грязь

 

Они сковывают свои гениталии цепью, у них черные языки, они измазаны кремационным пеплом. Агхори – индуистские религиозные сектанты, которых все местные боятся и считают ракшасами – злыми демонами. И не зря. Эти парни носят ожерелье из костей, пьют алкоголь из человеческого черепа и курят опиум. И едят трупы. Тела они воруют из кремационных костров. Как они это делают – сказать трудно, в первую очередь потому, что им нельзя прикасаться к трупам ничем, кроме рта.

 


Философия простая: чем гаже нечто, тем активнее должен стремиться к этому истинный агхори. Смысл – вечное преодоление себя и отказ от мирских удовольствий, в том числе от гигиены, крыши над головой, нормальной еды. Говорят, они не брезгуют даже фекалиями.

 


Индия и друзья человека

 

Индия – страна контрастов. С одной стороны – агхори, с другой – поклонение коровам. Их нельзя не только убивать, но и просто сдвигать с места, если они лежат на дороге и создают километровую пробку. Иначе тюрьма. Или высылка из страны (кстати, соберетесь в Индию – лучше не брать с собой кожаные вещи). Об этой традиции индусов знают, конечно, все.



Мало кто в курсе, что такое же отношение к обезьянам. Они живут прямо в храмах, где их откармливают местные и туристы. Наглецы пользуются ситуацией и выпрашивают еду не хуже цыганят.

Змеи, которые тоже в почете, чувствуют себя здесь не менее раскованно. В их честь даже построены храмы. Кобр, питонов и гадюк можно встретить не только в парках и на берегах рек, но и в гостиничном номере. В Индии живет 10 % от общего числа всех видов змей мира. От их укусов в стране погибает 50 тысяч человек ежегодно.


 

Подобная вера в одушевленность природы – анимизм – помогает объяснить устройство мироздания. Например, корова, почитаемая индусами, не только олицетворяет чистоту и святость, но и символизирует материнскую фигуру, бескорыстное жертвование.

 

Борнео и человечина

 

Самой людоедской страной современности считается Индонезия, а именно – часть Новой Гвинеи и остров Калимантан (Борнео). Джунгли последнего наполнены охотниками за черепами – даяками. Самые лакомые кусочки тела для них – голова, мозг, мясо с бедер и икр, сердце и ладони. Инициаторами каннибальской охоты традиционно являются женщины. Последний всплеск каннибализма на Борнео произошел недавно – на рубеже XX–XXI веков: правительство Индонезии пыталось колонизировать внутренние районы острова цивилизованными яванцами и выходцами с Мадуры. Почти все они были съедены.

В Папуа – Новой Гвинее прошлым летом полиция задержала 54 каннибала. Десятки лет местные деревушки Дамера и Вайдабодоло, что называется, «варились в собственном соку» – за это время там укрепили свои позиции религиозные культы, практикующие ритуальные обезглавливания (им подвергаются соседи по джунглям или самоуверенные чужаки из внешнего мира) и поощряющие бытовой каннибализм.

Много любителей человечины остается на черном континенте. Чаще всего это представители тайных мужских союзов Западной Африки («Общество леопардов», «Общество аллигаторов» и др.). Процветает каннибализм в Нигерии, Сьерра-Леоне, Бенине, Того, Кении и даже в продвинутой ЮАР.

 

Несмотря на то что практика людоедства в той или иной степени существовала в разное время во всем мире, ему посвящено очень мало научных исследований (по крайней мере, на европейских языках). Чаще всего каннибализм преследует ритуальные цели. Однако есть племена, где все проще: человек человеку – пища. Аборигены Новой Гвинеи сравнивают человеческое мясо со свининой, но первое все же предпочтительнее – оно нежнее и никогда не вызывает проблем с пищеварением.


 

Читайте статью в онлайн версии журнала "ММ": http://www.21mm.ru/?mag=124#026                 



Всего 0 комментариев
Комментарии
OK OK OK OK OK OK OK
Яндекс.Метрика