Любовь
я могу вдохновлять
Светить – и никаких гвоздей!
Любовь Фельзингер
Все записи
текст
Человек после человека
Порой кажется, что будущее уже наступило: одна техническая революция сменяет другую, и то, что вчера было фантастикой, сегодня – обыденность. Мы уже без помощи футурологов можем предсказать, какие технологии будут дальше менять повседневную жизнь. Но готовы ли мы к тому, что сами изменимся навсегда?

Вопросу о том, что есть человек и какова его роль в мире, почти столько же лет, сколько нашей цивилизации. Но с вызовами идентичности, которые ждут нас в будущем, человечество еще не сталкивалось. И хотя технологии служат нам уже очень давно, мы именно сейчас на пороге эпохи, когда они изменят человека – до такой степени, что можно будет говорить о новом витке эволюции.

ЗА ГОДЫ РАЗВИТИЯ эволюционной теории мысль о том, что человек – не последнее звено в этой цепочке, должна была стать привычной. Но нам по-прежнему приятно лелеять библейские идеи о том, что именно человек – венец Творения. Однако есть те, кто не согласен с подобными утверждениями и верит, что впереди у нас эволюционный прыжок. Они называют себя трансгуманистами.
     Главная идея приверженцев трансгуманизма состоит в том, что человек, каким мы его сейчас знаем, – хрупким, смертным, ограниченным, – должен дать дорогу новому, более совершенному виду – постчеловеку.
     Поклонники Ницше сейчас наверняка подумали, что «младший брат» постчеловека – это именно ницшеанский Заратустра. Правда, остается ли место человеческому в его сердце – это большой вопрос. По Ницше, человечество – лишь «средство к цели» и «подопытный материал», а наши главные оковы – это моральные устои и любовь к ближнему. Сверхчеловек – Ubermensch – это сильная личность без принципов, «человек освобожденный», который ведет общество то ли к свету, то ли в бездну. Конечно, к биологической эволюции Заратустра имел слабое отношение – скорее, его автор предчувствовал новый тип сознания, духовное преображение.

СЕЙЧАС АПГРЕЙДОМ человека заняты не только ученые, но и простые смертные. Оглянитесь вокруг: в век моды на фитнес, правильное питание, самообразование и книги по мотивации идея самосовершенствования уже похожа на онанизм. Мы все хотим стать лучше, добраться до идеала, но Ubermensch, свободно парящий над обществом, все еще далек. Так что зерна трансгуманизма упали на благодатную почву – общество очень податливо для таких идей, а главное, к этому стремится и современная наука.
     Вообще-то трансгуманистом можно назвать всякого ученого, так или иначе приближающего человечество к условному идеалу и занимающегося биомедициной, геронтологией, биоинженерией, генетикой, кибернетикой или НБИК-исследованиями (нано-, био-, информационными технологиями и когнитивной наукой). Другое дело, что многие «официальные» представители течения – все-таки, скорее, философы и теоретики, нежели практики и изобретатели. 


Иллюстрация: www.circoloproudhon.it

ВПЕРВЫЕ ТЕРМИН «трансгуманизм» употребил Джулиан Хаксли – английский биолог-эволюционист, первый президент и создатель ЮНЕСКО (и брат писателя Олдоса Хаксли) – в книге «Новые бутылки для нового вина»: «Человек как вид может превзойти себя… может быть, подойдет слово “трансгуманизм”: человек останется человеком, но возвысится над собой, реализуя новые возможности своей человеческой природы ради самой этой природы». Реальные проекты «возвышения» начали появляться именно после выступлений Хаксли и организации им в 1952 году Международного гуманистического и этического союза. Само высказывание звучит расплывчато, но суть передает верно. Трансгуманистов объединяет твердое убеждение, что человек должен совершить переход в более совершенное состояние, а осуществить эту трансформацию помогут ученые. 
     Призыв Хаксли к качественному изменению пришелся на начало научно-технологической революции, но был подхвачен только самыми смелыми. Американец Роберт Эттингер именно в те годы запустил крионику – технологию по заморозке тела с дальнейшей вероятностью его «оживить». А ирано-американский футуролог Ферейдун М. Эсфендиари даже изменил имя на FM-2030 в знак своего стремления в 2030 году отпраздновать столетний юбилей. Он предсказывал телемедицину, редактирование генома, беременность вне тела – в 1970-е такие заявления даже научному сообществу казались слишком эксцентричными и ожидаемой поддержки не обрели, хотя удачно вписывались в культурный контекст постмодернизма. 

СЕЙЧАС ТРАНСГУМАНИЗМ как никогда силен и объединил между собой приверженцев теории в организации Humanity Plus, основанной шведским философом и ученым Ником Бостромом. Исследователи проводят конференции и встречи, выпускают свой журнал «H+». При этом один из основателей компании, Дэвид Пирс, всерьез занимается paradise engineering – конструированием рая. Естественно, своего, «местечкового», в котором наш спектр эмоций планируется ограничить одним позитивом – здесь меланхоликам и пессимистам должно стать тоскливо, почти как персонажу Кристиана Бейла в обществе безэмоциональных людей в фильме «Эквилибриум». 
      Наиболее приближена к практике деятельность крионистов и участников глобального проекта по созданию тела-аватара под названием «Россия 2045». Разработчики обещают сделать бессмертие реальным уже к 2045 году, создав протез всего человеческого тела и переселив в него сознание и личность. Вспомните фильм «Превосходство» (с Джонни Деппом) про взбесившийся искусственный сверхинтеллект – там представлена похожая технология. 
      Руководитель проекта, Дмитрий Яцков, говорит, что аватары не будут прерогативой богачей, но минимальная сумма, которой должен обладать заказчик, составляет $3 млн – вот вам и светлое будущее. Общий смысл деятельности многих подобных организаций – гарантий никаких, но мы стараемся, а вы пока можете вложить в грандиозный проект свои деньги. 

        Алексей Голубев, кандидат биологических наук, геронтолог: 
«Заявления по поводу того, что через 30 лет человек обретет бессмертие… Могу сказать только, что такие эксперты, скорее всего, плохо знают биохимию. Сейчас ученые работают над тем, чтобы не просто увеличить продолжительность жизни (зачем это делать, если все равно будешь старым и больным), а значительно улучшить само качество старости. В идеале должно получиться так, что человек просто будет умирать практически в расцвете сил, но уже в глубоко пожилом возрасте. То есть не будет этого медленного спуска в старость и угасания жизни. В такие проекты стоит вкладывать финансы, потому что это реалистично»


ПО СУТИ, ПОЧТИ КАЖДОЕ предложение трансгуманистов уже рассмотрено под лупой в лучших фантастических фильмах. Увы, чаще всего режиссеры-интеллектуалы предпочитают не давать человечеству второго шанса или смотрят в будущее с боязнью. Дело тут даже не в набившем оскомину Апокалипсисе, а в страхе за человека, а точнее, человечность. Все может очень быстро выйти из-под контроля.
     В проектах трансгуманизма подводных камней слишком много, чтобы просто надеяться на идеальный исход событий, вероятность которого в принципе невозможна – эволюция не бывает положительной или отрицательной. Кто-то в начале 2000-х посмотрел «Матрицу» как ультрасовременную фантастику, а кто-то увидел в этом предсказание или даже метафору нашей действительности. Жан Бодрийяр – французский философ-постмодернист – назвал бы этот фильм очередным симулякром, а проекты вроде Humanity Plus – агонией человеческой утопии. И в чем-то был бы прав. 
     То, что тогда казалось фантастикой, – например, нейронные сети, благодаря которым в Нео закачивают необходимые знания и навыки вроде кунг-фу, – сейчас уже выходит в авангард науки. Создание сверхинтеллекта, способного «в благодарность» сделать из человека батарейку, пугает уже не только режиссеров Вачовски. Трансгуманисты, однако, тоже не витают в облаках. Ник Бостром уже обеспокоил многих своей книгой «Искусственный интеллект: Этапы. Угрозы. Стратегии» (2014), назвав возможность ИИ к самообучению крайне опасной. С другой стороны, осведомлен – значит, вооружен, и дело ученых – предупредить все возможные варианты развития событий.

ПРОБЛЕМА, В ОБЩЕМ-ТО, не в том, что человеческий организм скоро нашпигуют чипами и роботическими частями, а в том, что некоторые технологии необратимо изменят наше сознание и еще сильнее поляризуют общество, разделив его на «постлюдей» и «долюдей». Или же мы пойдем еще дальше, и сверхинтеллектуальные роботы станут неотличимы от нас, а следовательно, зыбкая грань между видами сотрется.
     Однако и преобразования человеческой природы не свалятся на человечество из ниоткуда: внедрение «совершенствующих» технологий должно зависеть от воли авторитетных ученых и решения самого пациента изменить свое тело. Иначе нам действительно стоит готовиться к упадническому киберпанку и воплощенной в реальность «Матрице» с людьми-батарейками или «Призраку в доспехах», где киборгами с человеческим мозгом можно будет управлять как марионетками, просто стирая в программе лишние данные.

КАКИЕ ЕЩЕ НАС ЖДУТ перспективы, согласно версиям кино-умов? Люк Бессон, например, явно экшена ради предложил сверхчеловека в лице каменнолицей Скарлетт Йоханссон, точнее, ее героини Люси со 100% работающим мозгом в одноименном фильме. Французский режиссер, наверное, удивился бы, узнав, что обычные люди, использующие все отделы мозга, все еще не умеют путешествовать во времени, телепортироваться и читать мысли. Таких «постлюдей» мы в расчет не берем, это все сказки. Хотя один неутешительный вывод после просмотра почти любого фильма на эту тему все-таки напрашивается: быть идеальным уж очень скучно, как и наблюдать за такими персонажами.
     А у трансгуманистов может возникнуть непонимание не только с любителями человеческих несовершенств, но и с моралистами. Ведь своими лозунгами и исследованиями они, в конце концов, добиваются вмешательства в естественный ход вещей. Все начинается с самой концепции: вместо эволюции «закономерной» нам предлагается эволюция запланированная и даже осознанная. По такой логике к трансформации человека должны быть готовы не только ученые, но и мы – «подопытные». А так ли это? Одно только взаимодействие людей с интернет-технологиями подсказывает, что нет.

НАПОСЛЕДОК ВСПОМНИМ еще один фильм – это «Господин Никто» Жака Ван Дормаля. Его главный герой – Немо Никто – последний смертный на Земле, немощный старик, которому остается только вспоминать прошлое и былые чувства. Его жизнь становится реалити-шоу, а он – экзотическим экспонатом для счастливых людей, которым больше не нужно размножаться, страдать, жалеть об утерянном времени. Это все романтика, похожая на признание в любви простому человеку, но настолько она притягательна, насколько мы еще способны испытывать сильные чувства друг к другу. Возможно, мы не только физически, но и духовно не приспособлены к бессмертию?   

В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ волноваться или протестовать здесь бессмысленно – научные революции ломают ход вещей независимо от нашей воли. Вероятно, не за горами и время, когда право на сохранение человеческой сущности придется отстаивать. Но хочется все-таки думать, что человек – это не только набор хромосом, кровеносных сосудов и химических реакций, что, если уж мы не венец Творения, то существа разумные и обладающие чем-то, что не заменит ни одна, пусть даже совершенная, технология. И вот этой точке зрения нельзя позволить быть отвергнутой как нечто лишнее и сентиментальное.

О будущем человека мы поговорили со знатоком человеческих душ – психотерапевтом, писателем и философом Андреем Курпатовым, президентом Высшей школы методологии, основателем интеллектуального кластера «Игры разума». 


Андрей Курпатов. Фото из личного архива

– Андрей Владимирович, вы писали о том, что человек обречен на поражение в будущей конкуренции с искусственным интеллектом. В чем наша главная слабость? 
– Наша главная слабость – в глупости, лености и самодовольстве. Мы думаем только о том, как улучшить свою жизнь с помощью новых технологий, но совершенно не осознаем риски. Понимаем ли мы, какими последствиями обернется для нашей психики и интеллекта «четвертая технологическая революция»? К сожалению, нет, а они колоссальны. Информационные технологии все больше выполняют роль своеобразного экзоскелета для нашего мозга, а это естественным образом приводит к неизбежной атрофии интеллектуальной функции. Итак, глупость в том, что мы лезем за «сладким», не понимая рисков и последствий. При этом леность для нас абсолютно естественна: мозг потребляет слишком много энергии, и эволюция так его сконструировала, чтобы мы стремились к минимизации усилий. Теперь мы мечтаем, чтобы технологии выполняли за нас всю работу, включая интеллектуальную, – мол, нам захотелось, а они тут же все сделали как нам надо. Это возможно, но это превратит нас в идиотов. И наконец, самодовольство – человек полагает, что он нечто особенное, чрезвычайное, «венец творения». А на самом деле он просто полтора килограмма нервных клеток, и без должной тренировки – это вообще ничто, тупая биомасса. Когда же мы начнем глупеть, мы не будем этого осознавать.   

– Почему человечество вообще вдруг осознало свою «переходность»? 
– Боюсь, человечество ничего толком не осознало. И никакого «перехода», на мой взгляд, тоже не предвидится. Мы очевидно тупиковая ветвь эволюции. Вопрос только в том, как долго мы сохраним свой статус «человека разумного». Мир технологий становится все более сложным, управлять им, координировать его в целом уже сейчас невозможно. При этом он далеко еще не в той форме, чтобы можно было ему полностью довериться. Поэтому количество ошибок в системе будет расти, а людей, способных их исправить, людей, которые могут видеть ситуацию в целом, уже сейчас нет. Мы не потеснимся, мы просто сгинем. Ну, или случится чудо. Которое мы можем только сделать своими руками.   

– Какие технологии вы назвали бы поворотными, что сейчас в большей степени определяет человека будущего?
– Конечно, сейчас это обучение нейронной сети. Но если говорить о рисках, а именно о них нам и надо сейчас говорить, то это технологии Big Data. Нам кажется, что мы принимаем решения осознанно, но это полная ерунда. Современные исследования мозга показывают: наше сознание лишь визирует решения, которые на неосознанном уровне принимает наш мозг. То есть им можно манипулировать, а наше сознание этого даже не заметит. Современные технологии нейромаркетинга, нейрополитики и т. д., основанные на технологиях Big Data, станут мощнейшим средством управления людьми и обществом в целом. Нам будет, конечно, казаться, что это мы приняли те или иные решения, но на самом деле их будут принимать те несколько человек, которым эти технологии принадлежат.

Всего 0 комментариев
Комментарии
OK OK OK OK
Яндекс.Метрика