Игорь
я могу внимательно слушать
давайте быть добрее друг к другу!
Игорь Корнилов
Все записи
текст
Прошло гладко
У предметов для удаления лишней растительности с тела человека очень богатая история. Развалины городов ацтеков и инков, культурные слои шумеров и египтян, раскопки на стоянках в Африке и древнейших стойбищах в Европе – везде археологи находят куски камней и костей, пригодных по своей тонкости и остроте только для срезания волос. Человек очень старался, чтобы его не спутали с животным. Но особенно рьяно гладкость собственной наружности стали блюсти с XVIII века, проявляя при этом чудеса изобретательности.

Принято считать, что жизнь древнего мужчины в плане бритья состояла из одних мучений. Каменные да металлические ножи различных форм – вот и все разнообразие бритвенных приспособлений. Хотя на самом деле при некоторой сноровке доисторическим инструментом можно побриться даже лучше, чем современным. И это не гипербола. Обсидиановые ножи, бывшие в ходу в каменном веке, по гладкости режущих кромок оставляют далеко позади медицинский скальпель из стали. Это хорошо видно, например, на снимках электронной микроскопии. Тупая режущая кромка волосы ломает, а острая срезает. Качество бритья при этом, конечно, можно и рукой пощупать, но под микроскопом и оно становится выразительней. Однако у древних бритв из камня есть три недостатка: сложность изготовления, возможность порезаться и долгий процесс бритья. У бритвы из бронзы или железа первый недостаток исчезает (собственно, поэтому она и вытеснила каменную практически сразу после открытия металлов), но два других никто не отменял, и мысль человека направляется на решение этих проблем.
Правда, поначалу человеческая мысль особо не торопилась. Найденные каменные бритвы датируются примерно 30 тысячелетием до н. э., бронзовые – 3000 годом до н. э., металлические складные появляются в 1200–1300 годах до н. э. Классический Г-образный вид опасной бритвы, минимально отличающийся от античных, придумал англичанин Бенджамин Хантсмэн (Benjamin Huntsman) из Шеффилда в 1740 году, а настоящая битва за комфорт бритья начинается с 1770 года. Именно тогда во Франции выходит «La pogonotomie, или Обучение искусству бритья» за авторством Jean-Jacques Perret, где есть иллюстрация, изображающая деревянную накладку на клинке опасной бритвы, которая хоть как-то предохраняла кожу от слишком глубоких порезов. Но после этого изобретения творческая мысль впала в спячку еще на век, вяло выкидывая в мир не очень отличающиеся друг от друга варианты накладок, и окончательно проснулась только в XIX веке.
В XIX СТОЛЕТИИ уровень урбанизации растет как на дрожжах. Человек, живущий на бегу, да еще в условиях скученности, не может позволить себе неспешный ритуал бритья, включающий подготовку горячей воды, создание пены, вдумчивое осторожное шкрябание опасной бритвой по щекам и подбородку, после которого желательно помассировать раздраженную кожу и заняться лечением порезов. Назревает потребность в быстром и безопасном бритье, и количество патентов на различные приспособления для этого начинает расти в геометрической прогрессии.

ЕСЛИ СРАВНИВАТЬ появление революционного изобретения с родами, то применительно к бритью первые схватки начинаются в середине позапрошлого века. Именно тогда на смену пошлым накладкам на лезвие приходят конструкции с проблеском оригинальности. Первым догадался развернуть лезвие перпендикулярно ручке англичанин Уильям Хенсон (William Samuel Henson) в 1842 году. В его патенте уже отображены главные части и сам принцип безопасной бритвы: лезвие лежит на пластине с прорезями, подводящими волосы к режущей кромке, но не дающими лезвию погрузиться в кожу. Пластинка и само лезвие удерживаются винтом, вкручивающимся в ручку. После Хенсона творческая мысль крутилась в основном только вокруг формы и расположения элементов. К примеру, патент Джона Монкса (John Monks) 1878 года отличается от патента Хенсона способом удержания бритвы. Пластина, вместо ручки, регулируется по высоте путем ее перемещения внутри загнутых лапок опорной части «безопаски». В патенте Генри Блисса (Henry C. Bliss) от 1886 года само лезвие крепится к опорной пластине на оси и может откидываться вверх для заточки и правки.
Затем в дело вступают братья Кампф, Фредерик, Ричард и Отто (Kampfe, Frederick, Richard, Otto). Они начинают выпускать по-настоящему безопасные, коммерчески успешные бритвы. Их патент 1880 года на первый взгляд от предыдущих ничем особо не отличается, но в нем братья Кампф решили две важных задачи, касающиеся удобства пользования, – легкость смены лезвия и проблему стекающей пены со срезанными волосами. В бритве братьев Кампф лезвие менялось одним движением: только «утопить» подпружиненный язычок, фиксирующий лезвие в лапках на опорной пластине. Сама опорная часть бритвы представляла собой довольно большой резервуар для сбора пены. В дальнейшем компания Kampfe Bros. выпустила много моделей разного ценового диапазона, которые разошлись по всему свету и вызвали появление массы клонов в других странах. Но у всех них был существенный недостаток – лезвие приходилось постоянно затачивать. Положение усугублялось тем, что длина режущей кромки была небольшой по сравнению с обычной опасной бритвой и тупилась гораздо быстрее. Производители выходили из положения, комплектуя бритву запасными лезвиями – двумя, тремя, четырьмя… Были комплекты, в которых лезвий было аж семь штук, они так и назывались – «неделька» (7 Day Model). Один клинок на день, в конце недели весь комплект затачивался и правился разом, но длительный процесс обслуживания все портил. Рынок ждал кардинального решения проблемы. И вот наконец-то долгожданный крик новорожденного: в 1901 году бывший коммивояжер Crown Cork and Seal Company (компании по производству пробок), 46-летний Кинг Камп Жиллетт (King Camp Gillette) подал заявку на патент на безопасную бритву с одноразовым лезвием.

ОФИЦИАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ компании гласит, что идея одноразовых лезвий пришла в голову Жиллетту, когда он смотрел, как покупатели открывают бутылки, выбрасывают пробки и снова их покупают. Было так на самом деле или нет – кто его знает, но вызывает уважение решимость немолодого уже человека круто изменить свою жизнь, выйдя из тихой гавани простого продавца в беспокойный и опасный океан предпринимательства. «Сразу все» не получилось: от идеи (1895 год) до выпуска первой партии бритв и лезвий (1903) прошло 8 лет, за которые Жиллетту пришлось решить множество проблем. Да и первая партия не порадовала. За весь год была продана 51 бритва и 168 лезвий. Зато на следующий в руки покупателей ушли 90 884 бритвы и 123 648 лезвий. Этому способствовала новаторская маркетинговая стратегия, в учебниках сейчас известная как «модель наживки и крючка». С 1904 года станки Жиллетта начали продавать дешевле себестоимости и даже раздавать даром, рассчитывая потом заработать на продажах одноразовых лезвий. Эту стратегию пришлось применить от отчаяния (Жиллетту уже не на что было содержать семью, и он вернулся в Crown Cork and Seal Company), но она полностью себя оправдала. К 1908 году стремительно растущая компания Gillett создала производственные мощности в Канаде, Великобритании, Франции и Германии.
ИТАК, РОДЫ ПРОШЛИ УСПЕШНО и человечество получило простой и быстрый метод бритья. Казалось, можно успокоиться, но человек такое бритое животное, что ему все мало. В нашем случае ему хотелось минимизировать затраты на покупку расходных материалов для бритья. И тут на сцену выходит полковник Шик.
Справедливости ради, прежде Якоба Шика на сцену вышел целый ансамбль изобретателей механических бритв с набором патентов разной степени зубодробительности. Вот некоторые образцы инженерной мысли предшиковой эпохи, а также отдельные образчики мыслишек времен дефицита глюкозы в крови. Например, патент немца Германа Дроссе (Hermann Drosse) от 1900 года. К нему претензий практически нет. Гармоничная конструкция – предтеча роторных бритв. Сжимая ладонью рычаги, через коническую передачу раскручиваешь ротор с несколькими спиральными лезвиями, плоской стороной корпуса с сеткой прижимаешь к коже и сбриваешь волосы без всякой пены. Понятно, что изобретение опередило время. Без компактного двигателя и технологии изготовления тончайшей стальной сетки данный аппарат воплотить в жизнь – сложная задача, но сама идея очень хороша. А вот патент Майлса Стандиша (Miles H. Standish) 1902 года хоть и похож на изобретение Дроссе, но проработка идеи существенно хуже. Привод – от нажатия пальцем (видимо, для поклонников упражнений с кистевым эспандером), ротор маленький, а здоровенные изогнутые лезвия, прикладываемые к коже без всякой сетки, вызывают легкую панику. Но талант Стандиша меркнет в сравнении с размахом инженерного гения Сэмюэля Л. Блайя (Samuel L. Bligh), автора патента, полученного двумя годами ранее. Сей достойный муж замахнулся на сам принцип бритья и предложил новый революционный метод – «наждачка». По мысли изобретателя, валик с наждачной бумагой, приводимый во вращение приводом от ножной швейной машины, кардинально решит проблему удаления волос. Возможно, у рационализатора подспудно была идея кардинально решить проблему кожи и, чем черт не шутит, проблему стандартизации мужского лица через некоторое количество процедур. К сожалению, неизвестно, воплотилось ли в жизнь это смелое техническое решение.
В НАЧАЛЕ 1920-Х фирма Якоба Шика (Jacob Schick) Magazine Repeating Razor Co. успешно продавала им же изобретенную в 1921 году безопасную бритву со сменными лезвиями, которые были заключены в картридж, чтобы переставлять их, не касаясь руками. Но идея бритвы, не требующей ни воды, ни мыла, о которой он мечтал армейскими вечерами, видимо, сильно овладела полковником. В 1928 году он подал заявку на патент на электрическую машину для сухого бритья. 
Разумеется, побриться без пены можно и опасной бритвой, и станком, но в таком случае по цвету щек вы будете конкурировать с гимназисткой после зимней прогулки. Вдобавок обеспечены порезы из-за сложности контроля давления на бритву. В машинах для сухого бритья, электрических или механических, заложен другой принцип. Волос срезается гранями двух ножей, подвижного и неподвижного, когда попадает в их плоскость через отверстия в последнем. В патенте Якоба Шика неподвижный нож представляет собой П-образную пластину с многочисленными «прорезями», внутри, впритирку к нему, туда-сюда быстро перемещается подвижный нож с острыми ребрами. Нет необходимости сильно давить бритвой на кожу, неподвижный нож просто прикладывается к щеке. Сила трения существенно меньше, меньше раздражение, и не нужно никакой пены.
Ради производства такой электробритвы Якоб Шик даже продал свою первую компанию и тут же основал новую – Schick Dry Razor Co. Надо сказать, дела у него поначалу шли плохо, потенциальные покупатели как-то скептически отнеслись к прибору, который нужно держать двумя руками (бритва в одной, двигатель в другой). В 1931 году появляется новая компания – Schick Dry Shaver, Inc. К этому времени полковник разработал вторую модель бритвы, которую уже можно держать одной рукой. Интерес со стороны покупателей увеличивается, и дальше дела идут в гору. К 1937 году Шик заработал порядка 20 млн долларов, продав около 1,5 млн бритв.
Во второй половине 1930-х годов цивилизованный мир массово скребется «жиллетами» и похожими «безопасками», периодически доносится жужжание гребешков-ножей электрических «шиков» и «ремингтонов». В это время в голландскую фирму Philips устраивается недавний выпускник Технического университета города Делфта Александр Горовиц (Alexandre Horowitz), имеющий блестящие рекомендации. Причем рекомендации настолько блестящи, а сам Александр настолько харизматичен, что глава фирмы Антон Филипс после встречи с молодым инженером сразу назначает его начальником исследовательского отдела радио. И великий предприниматель не прогадал – то, что сделал Горовиц для Philips, переоценить сложно. Одним из его знаковых изобретений является роторная бритва Philishave.
Преимущества роторной бритвы против триммерной, по типу «шика», были очевидны – легкость и компактность. Они следуют из самой конструкции роторной бритвы: неподвижный нож остался, преобразовавшись в небольшой «колпачок» с прорезями, а массивный подвижный заменился легкой ажурной фрезой с тонкими лепестками ножей. Такие бритвы сразу стали популярны, а когда через несколько лет Горовиц добавил еще одну бреющую головку, стало совсем хорошо.
НО РОТОРНЫЕ И ТРИММЕРНЫЕ БРИТВЫ объединяет серьезный недостаток: хуже качество бритья по сравнению с опасными и безопасными бритвами. Этот недостаток конструктивный: между кожей и плоскостью среза присутствует относительно большой слой металла неподвижного ножа. На эту толщину волосы и не срезаются. Как сделать ее меньше, не рискуя сломать механизм из-за продавливания?
На этот раз творческая мысль посетила немецкого инженера Макса Брауна (Max Braun), изобретателя и основателя всемирно известной фирмы. Официальная история утверждает, что бритва Брауна была придумана еще в 1938 году, раньше, чем Горовиц изобрел роторную бритву, но Вторая мировая война помешала производству. Мы, конечно, верим, но сетчатая бритва Braun S50 появилась на рынке только в 1950-м. Старт запоздал, зато какое получилось ускорение! Фирма Braun, про которую слышали только в Германии, уже через год стала известна всему миру. В этом типе бритвы опорная часть изготовлена из тонкого стального листа с отверстиями, практически фольги. Но она не плоская, а изогнутая, и вкупе с плавающим ножевым блоком образует упругую, но устойчивую конструкцию.
ЭТИ ТРИ ЗНАКОВЫХ ИЗОБРЕТЕНИЯ (триммер, ротор, сетка) с некоторыми вариациями повторяются во всех современных патентах. Принципиально нового в них ничего нет, идет экстенсивный путь развития, если выражаться корректно, а если грубо пробурчать, то царит застой. Складывается впечатление, что ситуация с бритвами стала напоминать то время, когда появился Жиллетт со своими одноразовыми лезвиями. Может быть, мы стоим на пороге открытия, которое перевернет мир бритья? Вот помяните мое слово.
Всего 0 комментариев
Комментарии
OK OK OK OK OK OK OK
Яндекс.Метрика